Тишина стала вязкой.
— Как ты, командор? Налить вина или пива?
Коль скоро я разрешил пить, то я сам тоже пригублю:
— Пива.
Хрегонн опередил всех и налил мне в здоровенную кружку пенного напитка.
Я взял его и поднял, чтобы чокнуться со всеми:
— Выпьем за то, что дошли, но… Но нам надо поговорить.
— Сначала выпить, — решительно чокнулся со мной Фомир, который всегда был не прочь злоупотребить.
Мы выпили, однако я остался серьёзен:
— Итак, мы разбили герцога Эссина, хотя и не до конца, переиграли по тактике, форсировали реку, захватили Эклатий за счёт фактора неожиданности. Тут слишком уж сильно верили в его непобедимость. Всё это — подвиг. Серьёзно, без иронии.
Я обвёл их взглядом:
— Но есть одна проблема. Маленькая, но важная.
Я расчистил часть стола и рядом с мясными нарезками и вином разлеглась карта.
— Итак новый раунд игры начинается, как только заканчивается этот и даже раньше. В сущности, история никогда не заканчивается и нам с Хайцгругом об этом недавно напомнили королевские гвардейские конники. Психологически нам кажется, что мы выиграли, — я говорил тихо, но мои бойцы меня внимательно слушали, — но на доску просто поставили уже и новые фигуры, в том числе те, которых мы не видим.
Фомир нахмурился. Хмель мгновенно выветрился из его глаз:
— О чём ты, Рос? Стены крепкие. Эссин разбит. Мы контролируем переправы.
— Эссин, — я усмехнулся, но эта усмешка не коснулась глаз. — Вы всё ещё думаете об Эссине. Нет, давайте на время забудем про Эссина. Мы теперь постепенно приблизились к Монту. Давайте рассчитаем нашу позицию. Эссина нет, столица Бруосакса сравнительно близко. Естественной преграды нет, реки нет, дорога есть, мобилизационные возможности противника неограниченно велики, если они поймут, что мы тут застряли…
Я сделал большую паузу, собираясь с мыслями и посмотрел на офицеров. Тут собрались Мурранг и Хрегонн, зевающий после своего речного вояжа Новак, пьяненький Фомир, тихий Ластрион, эльфы Фаэн, Орофин и Лиандир, орки Зойд, Гришейк и Хайцгруг.
Так сказать, цвет наций. Фомир цвёл как новенький серебряный марк, потому что тут не присутствовала Бреггонида, а значит он чувствовал себя в моих глазах выше неё. Я не стал его разубеждать, говоря о том, что ведьма устала с пути и отправилась отдыхать.
— Вынужден признать, друзья мои, что я облажался, — выдохнул я.
Орк Хайцгруг в этот момент что-то ел и судя по тому, как выпучил глаза, едва не помер от того, что подавился. Грандиозным усилием воли он проглотил пищу и закашлялся.
— Да, именно так. Ну, то есть… Помните, что на нас даванули Эрик и Назир: идите и захватите Эркфурт⁈ Долбаный Эркфурт…
Я сделал глоток. После не до конца отступившей болезни пиво пьянило меня, делая более откровенным, но в то же время оставляло меня до боли логичным:
— Впился им всем этот Эркфурт. Вот скажите, скажите мне, орки, люди, гномы и эльфы… Тут есть кто-то, кто считает, что мы воюем с дебилами? Кто-то считает Вейрана и его штаб умственно отсталыми?
Мой вопрос остался без ответа, но это молчание само по себе кричало.
— Так почему же Назир и его прихвостни не допускают мысли, что Вейран и его шайка-лейка отлично просчитали шаги маэнских сил вторжения? Ну, хотя бы судя по тому, что Вейрану удаётся уже несколько месяцев сдерживать потуги Назира и ещё не понятно, кто сильнее. А значит, штурмовать Эркфурт крайне глупая идея… Ну и вот, значит, его я исключил и в целом, казалось бы, хорошую выбрал траекторию, судя по тому, что в пункт «Б» мы добрались целыми. Однако я не просчитал наши шаги дальше.
— Босс, не кори себя и не кисни, — возразил Мурранг. — У нас есть возможность делать эти шаги. Ты имеешь в виду, что нам тут оставаться опасно?
— Да, имею. Тут не Вальяд. Все ощутили?
Фаэн поднял руку:
— Я заметил. Что? Да, серьёзно, народ тут злой и подозрительный, а я с местными эльфами поговорил, они только и ждут, чтобы нам в спину ударить.
Офицеры переглянулись. Никто не возразил, не поспорил.
— В сухом остатке мы имеем внешнюю угрозу и внутреннюю. Полный комплект. Мы вот тут, — я показал на карте. — В центре вражеской территории. Мы отрезаны от снабжения. Мы окружены враждебным населением.
— У нас есть припасы, — возразил Мурранг, проглотив наконец кусок. — И мы наладили контакт с…
— Плевать на припасы, — жёстко перебил я его. — Плевать на зерно, на сукно и на отдельных ренегатов в Эркфурте. Всё оказалось не так, как на карте и в сводках. Война — это не только еда, война — это динамика сил.
Я поднял взгляд на Новака, который стоял у стены, скрестив руки на груди. Майор был единственным, кто не выглядел расслабленным. Кажется, он начал догадываться, к чему я веду.
— Майор, — обратился я к нему. — Что сделает король, когда узнает, что армия из восьми тысяч шальных людей, орков и прочих бывших каторжников захватила один из его ключевых городов центра страны?
Новак помолчал секунду.
— Он соберёт карательную экспедицию, — ответил он чётко.
— Неверно, — я покачал головой. — Карательную экспедицию собирают против банды разбойников, тут будет ответка посерьёзнее. Но суть та же.
Я повернулся к карте и начал чертить карандашом линию по дорогому пергаменту.
— Сейчас объясню. Раньше мы могли иметь такую привилегию, как рассматривать только часть карты боевых действий. Свою часть. Сейчас уже не можем, мы вынуждены оценивать ситуацию глобально. О чём я? Смотрите сюда. Вот Пьённистар. Столица нашего «любимого» заказчика маэнского короля Назира. Он стоит там с основными силами, подтягивая их со всего королевства, однако он не двигается. Тут невольно вспоминается слово «падла».
Братья-квизы синхронно хмыкнули.
— Вы понимаете, что это значит? — спросил я.
Воцарилась тишина, а я сделал богатырский глоток из кружки.
— Это значит, — продолжил я, видя, что до них начинает доходить, — что Назир не показывает явного намерения атаковать, двигать полки в Бруосакс. Он ждёт, когда за него сделают всю грязную работу и постелют ему ковровую дорожку. Для чего он и создал Штатгаль, кстати! То есть, это наша почетная героическая миссия, от которой мы бегаем по всему миру Гинн, как бабник от заключения брака.
Я провёл линию с запада на юго-восток:
— А вот Бруосакс. Тут король Вейран. Как только он поймёт, что Назир не угрожает его столице, что он сделает?
— Развернёт войска, — тихо произнес Орофин.
— Бинго, — я указал карандашом на эльфа. — Десять баллов Гриффиндору! Не важно, кто это такой. Вейран развернёт основные силы на юг, тем более тут недалеко.
Я облокотился о стол, нависая над картой как коршун.
— К нам явится не Эссин с его побитыми псами. Сколько может привести Вейран? Шестьдесят, может быть, семьдесят тысяч профессиональных солдат. Королевская гвардия, тяжёлая пехота, осадный парк. И, Фомир, — я посмотрел на мага, — весь цвет их магических гильдий. Боевые маги, которые учились уничтожать города, а не пугать крестьян файерболами.
Лицо Фомира побледнело. Он лучше других понимал, что такое концентрация магической силы противника и что соотношение уровня магической подготовки не в нашу пользу.
— Мы укрепим и нарастим стены, — неуверенно произнёс Гришейк, но в его голосе уже не было прежней силы. — Мои орки…
— Твои орки умрут, Гришейк, — я сказал это без жалости. — Героически, красиво, бесполезно. Если тебе от этого будет легче, все расы будут умирать вместе. Семьдесят тысяч против наших восьми. Они даже не будут штурмовать. Они просто окружат город, построят редуты и начнут методично разбирать эти «крепкие стены» по камешку с безопасного расстояния силами катапульт и дальнобойной магии.
Я выпрямился:
— Короче, други. Я тут нагнетаю, но в целом проблема понятна? Тут мы в мышеловке. Только наша кошка пока что не нарисовалась.
Мои ребята приуныли. Они были хорошими воинами. Они умели побеждать в битвах. Но сейчас я заставил их посмотреть на войну сверху, глазами игрока в стратегию, а не юнита на поле.
И эта картинка им не понравилась.
— Король Назир, — я допил пиво в кружке, — этому сражению будет аплодировать стоя. План идеален. Неудобный герцог Рос и его откровенно мятежный Штатгаль уничтожен руками врага. Армия Вейрана ослаблена осадой, потому что мы постараемся дорого продать свои жизни. Маэн в выигрыше при любом раскладе.
Я выдержал паузу:
— Ваши предложения? Как нам не сдохнуть в этой прекрасной, уютной, каменной могилке?
Никто не ответил. Только огонь трещал в камине, пожирая дрова так же, как война собиралась пожрать мою армию.
Я ждал. Мне нужно было, чтобы они сами поняли безнадёжность ситуации. Только тогда они примут мое безумие как единственный выход.
— Уйти в поля? — наконец, подал голос Хрегонн. — Попытаться прорваться мелкими группами? Отступить на юг, по реке Мара к южным городам.
— Такое не исключено, но все южные города мелкие, разместиться там трудно, стены низенькие, всегда были такими, а во времена бруосакского владычества их там не строили. А ещё мы окажемся прижаты к морю, если Вейран начнет нас преследовать.
— Может, ударить первыми? — предложил Мурранг, сжимая кулаки. — Найти Вейрана и дать генеральное сражение?
— Восемнадцать тысяч против семидесяти? — Фаэн скептически поднял бровь. — До сих пор мы выигрывали потому, что не вели себя, как придурки.
Аргументы офицеров были слабыми. Каждый вариант упирался в стену реальности.
Они перебирали стандартные ходы. Оборона. Прорыв. Манёвр.
Я позволил им помучиться ещё минуту. Позволил почувствовать безысходность.
А потом я тихо постучал костяшками пальцев по столу. Звук был слабым, но они услышали. Все взгляды снова скрестились на мне.
— Вы мыслите, как солдаты, — сказал я. — Вы думаете о дорогах, стенах и битвах. Вы играете по стандартным правилам, где мы всё глубже вязнем.
На меня смотрели два десятка глаз.