Все это было некондицией в классификации моей армии, вооружённой более или менее стандартной амуницией.
Это — наши трофеи. Эхо десятков мелких и крупных стычек, результатом падения замков местных феодалов, которые имели глупость оказаться в зоне боевых действия.
У всех я отнимал оружие. Сейчас нам предстоял не только большой поход, но и «оставление» своей базы. А значит — я отсчитал оружия, щитов, стрел, доспехов самого разного качества и типа для вооружения трёх тысяч ополченцев Вальяда.
Остальное этой ночью было мной тихо-мирно продано контрабандистам-эльфам на условиях отсрочки оплаты.
Контрабандисты здорово наживались, работая со мной и, что ценно, они намеревались продать оружие в королевствах озёрного края, то есть в итоге эти мечи не окажутся в руках бруосакцев.
У одного из контрабандистов, который судя по манере общения, был более или менее равен в статусе Леголасу, я заметил большой медальон с изображением профиля оранжево-золотого орла с распахнутыми крыльями. А это, если мне не изменяет память, один из базовых символов Орден Сияющего Орлана, таинственного королевства эльфов, о котором мне рассказывал давным-давно атаман Оливер Рэд, который впоследствии стал королём.
Орден Сияющего Орлана — весьма странное и мало кому известное государство, с сугубо эльфийским правлением. Военнизированное и жутко агрессивное, склонное к политическому давлению на правителей, угрожающее в случае, если к их словам не прислушаются карами вплоть до убийства монаршей особы.
И то, что до икоты доводило правителей человеческих королевств, они свои угрозы умели приводить в исполнение.
Я никогда не задумывался над вопросом о том, кто стоит за спиной эльфов-контрабандистов, но заприметив этот символ, я подумал что это вполне логично. Орден — явление международное, щупальца протягивает далеко, как и контрабандисты. Опять-таки, они имеют глаза и уши по всему Гинн и способны на своих тайных знаниях зарабатывать. Могут контрабандисты быть торговым подразделением эльфийского ордена? Могут.
Я думал над этим, пока смотрел над работой моих ребят.
Мы избавлялись от всего трофейного барахла, часть продавали, часть оставляли Вальяду, причем это была не благотворительность, а политический ход.
Жители Вальяда, вышедшие на улицы по своим утренним делам, замирали, глядя на это представление. Их лица выражали целую гамму чувств. Сначала недоумение, потом тревога, а затем и откровенный страх. По городу поползли шепотки. Мол, герцог Штатгаля уходит на войну и забирает с собой всех мужчин. Герцог вводит новый налог, оружейный?
Я позволил этому страху расти. Страх был полезным инструментом. Он очищал сознание от ненужных иллюзий и готовил почву для восприятия новой реальности.
Ближе к началу дня на площадь пришёл и городской Совет, бледный и взволнованный.
— Герцог, — начал говорить Отто, низко кланяясь. Его голос дрожал. — Мы прибыли по Вашему приказу. Город Вальяд… мы готовы выслушать Вашу волю.
Он явно ожидал худшего. Реквизиции, принудительного набора, очередного побора. Они боялись, что я проведу мобилизацию и заберу мужчин Вальяда на войну под знамёнами Штатгаля. Или что сейчас продам это оружие городу, пытаясь оценить его стоимость и прикинуть, во сколько городу обойдётся этот «подарок». И такой вариант был бы лучшим, у всех были дети и внуки.
Я молча смотрел на них. На толпу, которая собралась на площади, держась на почтительном расстоянии. На моих солдат, оцепивших периметр. Всё готово.
— Жители Вальяда, — начал я. Толпа замерла, вслушиваясь. — Я собрал вас здесь не для того, чтобы объявить новые налоги или забрать ваших сыновей на войну.
По толпе пронёсся вздох облегчения, смешанный с недоумением. Члены Совета переглянулись.
— Я пришёл сказать вам спасибо за гостеприимство. И попрощаться.
Я сделал паузу, давая словам осесть.
— Моя армия уходит. Мы получили приказ выступить на восток, в недра Бруосакского королевства. Это будет долгий и трудный поход. И я не знаю, вернёмся ли мы.
Тревожный гул снова поднялся над площадью. Они поняли первую часть. Я ухожу. А это означало, что город остаётся без защиты.
— Я знаю, о чём вы думаете, — продолжил я, поднимая руку и призывая к тишине. — Что будет с вами, когда мы уйдём? Ответ прост. Случится то, что всегда случается с беззащитными городами на границе двух королевств.
Я обвёл взглядом их лица. Лица простых людей, торговцев, ремесленников, рыбаков. Людей, которые хотели лишь одного, чтобы их оставили в покое.
— Как только последний солдат Штатгаля покинет эти стены, сюда придёт новый герцог этих земель, кто-то из преемников Гуго И с ним придут сборщики налогов. Будут обвинения, пожары, вас соберут в ополчение. Они придут с красивыми бумагами и гербовыми печатями и потребуют плату за «защиту». Они обдерут вас как липку, заберут всё, что вы успели заработать под моим управлением. Они назовут это «королевской податью».
Я видел, как помрачнели лица торговцев. Они прекрасно знали, что такое королевские сборщики налогов.
— Поэтому я предлагаю нечто более простое. Вы вольный город или где? Вот вам оружие, соберите ополчение, но не для того, чтобы идти на войну, а чтобы защититься от неё. Напишите королю письмо о том, как вы обнищали во время оккупации Штатгалем. И чтобы вы сами взяли в свои руки свою судьбу — вот вам оружие. Это оружие — ваше, — объявил я. — Эти стены, которые мои инженеры укрепили, — ваши. Этот город — ваш.
Шок. На лицах людей он был почти физически ощутим. Глава гильдии открыл рот, но не смог произнести ни звука. Он просто смотрел то на меня, то на горы мечей и копий.
— Я не могу оставить в тылу беззащитный город, — объяснил я свою логику, лишённую всякой сентиментальности. — Мне не нужен слабый тыл, который в любой момент может стать плацдармом для врага. Мне нужен надёжный партнёр. Сильный и независимый. Партнёр, который сможет постоять за себя.
Я сделал ещё один шаг вперёд.
— Я помогу вам организовать ополчение. Я оставлю вам нескольких инструкторов. Вы сами будете решать свою судьбу. Торгуйте, богатейте, растите детей. Защищайте свои семьи. Мне не нужны ваши налоги. Мне не нужны ваши рекруты. Мне нужен свободный и сильный Вальяд, который будет моим союзником не по принуждению, а по взаимной выгоде. Но ополчению нужен командир, — продолжил я. — Человек, который знает этот город. Человек, который уже доказал, что его процветание для него не пустой звук. Человек, которому вы доверяете.
Я кивнул Зойду. Тот молча развернулся и вошёл в ратушу. Через мгновение он вышел, ведя под руку невысокого, худощавого мужчину средних лет в простой, но чистой одежде.
Это был Альберт Пейгди.
Члены Совета ахнули. Они знали его. Бывший начальник городской стражи, который был моим негласным инструктором-подсказчиком, но официально — жертва режима и человек, который пострадал от моего насилия и тирании.
Он оставался в тени, но его работа была видна повсюду.
— Раз я ухожу, то освобождаю вашего согражданина. С учётом его опыта, я предлагаю ему возглавить городскую стражу, вернуть должность и возглавить ополчение города Вальяда.
Мурранг шагнул к нему и протянул простой стальной меч без всяких украшений. Пейгди уверенно и крепко взял его в руки. В этот момент он перестал быть пленником. К нему вернулось оружие, свобода и формально он был первым, кто взял оружие.
Глава 4
Марш
Я подал знак солдату, стоявшему у флагштока перед ратушей. Все это время на нём развевался мой флаг. Чёрно-красное полотнище с кураем — гербом Штатгаля, символ моей власти над этим городом.
Солдат начал медленно спускать его.
Толпа замерла, наблюдая, как мой флаг, символ оккупации, пусть и на удивление всеми желанной, опускается всё ниже и ниже. Когда полотнище коснулось рук Хрегонна, который аккуратно его свернул, на площади стояла мёртвая тишина.
Затем тот же солдат прикрепил к верёвке новое знамя.
Я сам придумал его дизайн прошлой ночью. Простое синее полотно, цвет моря и неба. В центре три серебряные рыбки, плывущие по кругу, символ торговли и богатства, которое приносит река. А над ними, венчающие композицию, золотые весы. Символ справедливости и независимого суда.
Никаких корон, мечей или хищных зверей. Только символы мира, богатства и процветания.
Солдат начал медленно поднимать новый флаг.
Полотнище поползло вверх. И когда ветер подхватил его и расправил над площадью, показав всем новый герб, случилось то, чего я не ожидал.
Тишина взорвалась общим выдохом.
* * *
Армия Штатгаля выходила несколько бессистемно, а строилась в походные колонны уже когда прошла Северный мост.
Тут же, рядом с нашими полками выстраивались и войска принца Ги, которые покидали свои казармы медленнее и не так организованно, как наши полки.
Наше вынужденное союзничество отправляло их в поход вместе с нами.
Когда я вышел из Северных ворот, меня провожали не только мои орки-телохранители, нас провожали сотни любопытных горожан всех возрастов и уровней достатка.
Кто-то смотрел с любопытством, кто-то с опаской. Они присутствовали при историческом событии и понимали это.
Они смотрели, как мимо них проходят колонны солдат в чёрных доспехах. Как катятся повозки с припасами. Как цокают копытами кони лёгкой конницы. Они провожали армию, которая прожила тут несколько месяцев, не упивалась своей властью, не ограбила их, а напоследок ещё и вооружила.
Я не смотрел на горожан. Мой взгляд был устремлён вперёд, я был задумчив, мысли перескакивали с одной мысли на другую. Мысленно я уже бродил по вражеской земле. Да оно и тут, за кажущимся спокойствием, ещё не до конца зажили раны от двух попыток герцога Гуго отбить Вальяд.