Александр Франк
Тактика допроса по средам
Тактика допроса в среду
В отделении Инквизиции кантона Грюнвальда служило всего два человека. Заведовал отделением старший коадъютор Ганс Штрудельфройд, полный и жизнерадостный человечек невысокого роста. В качестве его единственного помощника ─младший коадъютор Фридрих Зауер. Он только-только окончил курс в столице и потому еще был полон нездорового энтузиазма. В отличие от своего начальника Фридрих был худым высоким человеком с желтоватым цветом лица.
В соответствии со штатным расписанием в отделении должен был присутствовать еще и штатный тюремщик-палач. Однако идеи об оптимизации и сокращении расходов однажды посетили какую-то светлую (плешивую) голову в Главном Управлении и должность в штатном расписании внезапно стала полставочной. В соответствии с этими нововведениями Фридрих еще выступал в роли палача, но работы у него было мало. Старший коадъютер не любил экстремальных способов дознания.
Несмотря на разницу в возрасте и характере, два инквизитора прекрасно уживались. Дела в отделении шли неспешно, тихо, своим чередом. Малограмотные крестьяне редко тревожили покой этих, в высшей степени, достойных людей.
В силу специфики биоритмов первую половину недели в отделении заправлял Фридрих, а вторую Ганс. Только вот среда была самым сложным днем.В этот день оба представителя Ордена были полны сил и энергии. Один еще, импульс выходных продолжал действовать. Другой уже, готовый к новым подвигам на грядущие выходные.
Тут стоит объяснить, как отдыхали наши герои. Ганс проводил свои выходных за давкой саламандр, но ни тех мифических существ в камине, а нарисованных на дне пивных кружек и игре в штос. К среде он только-только приходил в себя и включался в работу. Фридрих, наоборот, встречал понедельник отдохнувшим, посвежевшим и полным сил, но к среде он выматывался. Неправильное питание, чтение книг при свечах, походы по округе с целью поиска крамолы не давали достаточно сил на всю неделю.
В среду каждый из Инквизиторов тянул в свою сторону, что вызывало некоторые неудобства. Если Ганс более склонный к философствованию был готов к долгим доверительным беседам с подозреваемым, под пиво и рульку, принесенные из ближайшего трактира. То Фридрих был склонен к активному действию. Самые страшные инструменты из арсенала Инквизиции, купленные со скидкой на ежегодной распродаже,ждали своего звездного часа. Он получал надбавку уже восемь месяцев, и ему еще ни разу не удавалось выступить в новой для себя роли. Это тревожило его совесть, по ночам ему являлся Глава Ордена и строго грозил пальцем, грозясь спросить за те двадцать талеров, что числились в его зарплатной ведомости, в графе «Палач совместитель».
Вы спросите, почему столь достойному представителю профессии так и не удавалось пустить свой арсенал в дело? Все просто, пользуясь властью, данной ему Орденом, Ганс назначал по понедельникам и вторникам инвентаризацию, регламентное обслуживание орудий пыток или очередной парково-хозяйственный день, А, еще, в эти дни можно было заставить Фридриха писать отчеты в вышестоящие органы самым аккуратным почерком. Только благодаря такому подходу Грюнвальдское Отделение хоть и не было в передовиках по числу открытых и закрытых дел, но числилось лучшим по наведенному порядку и по состоянию разного рода шарнирных механизмов, хранящихся на складах Отделения. Этот порядок очень был по душе инспектирующим организациям.
Допросы по средам были самыми сложными в силу разности менталитетов сотрудников отделения. Оба были полны сил, оба жаждали действия. И тогда, только высокие стратегические таланты более опытного коллеги спасали ситуацию.
Однажды в среду, тишину отделения нарушили крестьяне ─ с шумом и гамом втолкнувшие в помещение бледного молодого человека. После долгих и бурных объяснений выяснилось, что задержанным оказался студент Людвиг Ньюгартен, приехавший в кантон на отдых. Вина юноши заключалась в том, что он сидел под яблоней, созерцая падение плодов на землю и делая время от времени пометки в тетрадке. С точки зрения крестьян следить за падением плодов было очень странно, если только вы не пытаетесь их тут же съесть. А уж записывать что-то в тетрадку, да еще с черной обложкой… Это попахивало колдовством и требовало сожжения на костре, вместе с тетрадкой. Ненужных свидетелей выпроводили вон и приступили к допросу.
─ Ну что, сын мой, ─ начал ласково старший коадъютер, ─ зачем ты писал под яблоней план устройства мельницы?
Голос Ганса был тих и ласков, он сам намекал подозреваемому ответы.
─ Ну, наконец-то тебя поймали нечестивец, ─ вмешался в разговор Фридрих. ─ Кончилось твое время, пришла пора ответить за все.