Э, нет! Обойдешься! Я выхватил штырь-копье и с размаху разбил твари череп. Точным ударом пронзил его в пол. Бульон мозга и кость расплескались на мрамор. То-то же, мразь!
– Воскрешения не выйдет! Отправляйся в Ад! - добавил я вслух. (Эмоционально, из-за прилива адреналина - на родном языке). И раздавил ногой эту хрень, мерзкое щупальце… Хлюпанье, ошметки и кровь. Затем обсидиановое копье раскрошилось и испарилось вместе с моим потоком Стихийных Частиц.
И только через секунду заметил - мой голос прозвучал крайне низко - субконтроктавой, он отразился от стен с потолком. А после я заметил другую деталь.
Над моею башкой светился символ силы Хранителя Душ, сантиметров тридцать размером, окруженный Вахирскими рунами.
На другие детали времени нет, и я зашагал к Суриту и остальным, по пути проверяя убитых и раненых.
Нужно скорее убедиться, что все улеглось, осмотреть Анора, а также глянуть других камрадов, Сурита с Сержем.
– Дай бог, чтобы все обошлось, пацаны, - шепнул я Анору и начал осмотр.
Похоже из него выжрали ману, причем почти всю, и потому он сильно ослаб. «Явно в сознании, однако подняться не может». Я осмотрел его плечевое ранение. Рана была неглубокой, и кровь текла совсем тихо… но ниже, была еще одна рана с кровотеченьем в плече. «А вот это, похоже, серьезно».
На всякий случай согнул ему руку и прижал артерию к мышцам покрепче, а затем связал в виде шины в локте. (Пришлось оторвать свой рукав – по деньгам минус два серебряных сильва, – ладно, не жаль, но костюм на помойку).
Вроде сделал все правильно (Вика из меда учила делать ПП и системы), и его рука кровить перестала.
– Не разгибай и не двигай рукой. – твердо, сморю ему прямо в глаза, с вопросительным взглядом. – Слышишь, Анор? Это важно, ты понял?
– Да! - все же ответил Анор.
– Не то рана откроется, и скоро умрешь. Понял меня?
– П-понял.
Я, конечно, нагло соврал и напугал пацана, говоря, что он скоро умрет, но кто его знает! Может,- не скоро, но кровопотеря к добру не ведет. Глюкозой и яблоком тут не поможешь. Чувак литр крови отдал, бледный как смерть… Дальше я встал и пошел к Суриту.
В зале поднялся шум… Кто-то стонал, кто-то вышел из тени (совсем аккуратно), послышались отдаленные голоса.
– Ты это видел?
– Да. Вот это сеча!
– Он их раскидал, как дворняг.
– Я еще никогда не видел, что бы кто-то так дрался. Будто харги сцепились с бешеным волком, да еще и магией под конец зарядил.
– Он вообще человек? Или чудовище?
– Кто он такой?
– Ты что, пьяный? Это Хранитель, слепым даже видно, глянь на сигну и камзол школы магов.
– Что это за воин, ты его знаешь? Служит кому?
– Без понятия! Незнаком, и кому служит, не знаю! Но я хочу его себе!
– Нет! Я его найму. Я его первый заметил!
– Эй! Не наглей… он мой…
Пока я шел к Суриту, шепот в зале стал громче, послышались женские стоны и тихий скулеж. И... оживление.
***
* Торнадо кик – Удар атакующего действия ногами. Прыжок и замах ведущей ноги наружу и вверх, с разворотом корпуса на 360 и более градусов, а затем нанесение удара ведомой ногой как можно выше.
* Tapetum lucidum - слой ткани в глазах многих позвоночных. Он представляет собой ретрорефлектор и отражает видимый свет обратно через сетчатку, увеличивая свет, доступный фоторецепторам.
***
Вышла 3 Книга: Таламус - Провидец. Читайте первым: https://boosty.to/summer.son
***
Шаг 7
Сурит Эл Шади. Тоже место, минуту ранее
Удар темной стихии может быть неожиданным, чудовищным по своей мощи и, как оказалось, страшно-пугающим по своей сути…
Я плыл меж островов некоего забытья, среди осколков из хауса, боли и памяти, время вокруг меня словно многократно замедлилось, а события и чувства смешались в размазанную кашу мозаики и наложились – одно на другое.
Первое, следующее, третье, четвертое, время и место меняется снова и снова. Вся моя жизнь текла перед глазами словно вода. Мое детство, юношество, совсем недавнее время – все это превратилось в быструю бурную реку. Я словно лодочник, плыву по этой реке, плыву меж островов из событий, что уже случались со мной.
Каждый остров, что я проплываю, несет в себе память о каком-нибудь важном событии, что когда-то происходило со мной. Вдруг, непроизвольно, взгляд моих глаз потянулся к одному довольно далекому острову, в почти забытое детство… и сознание тут же, озарили картины, былых дней моей памяти.