— Любопытно, сколько человек сейчас катается? — повернулся к Нолькену министр финансов, или как нынче именуется, Государственный Казначей, Алексей Иванович Васильев.
— В пассажирский вагон, ежели располагаться с удобством, помещается двадцать человек. Но я вижу, что желающих прокатиться значительно больше, как бы не полсотни человек в каждом. Кроме того вы видели, как на открытые платформы были погружены гранитные плиты, по триста двенадцать пудов на каждую, или по пять метрических тонн. Кроме них на платформы уселось, как мы видим, по полсотни человек. Таким образом, мы видим, что поезд не особенно напрягаясь, везёт пятнадцать тонн груза и не менее двухсот пятидесяти человек.
— Две пехотные роты со штатным вооружением, средствами артиллерийского усиления и запасами на месяц. — чётко высчитал и озвучил полковник Штайнмайер, военный атташе при посланнике Пруссии — Здесь мы видим лишь игрушечную модель железнодорожного поезда. Какова планируемая грузоподъёмность ваших поездов, господин барон?
— Пока что у нас имеется двигатель мощностью в сто шестьдесят лошадиных сил, грузоподъёмность поезда ограничена ста пятьюдесятью метрическими тоннами. С ростом мощности моторов будет расти и вес железнодорожного состава.
— Но ведь локомотивов можно поставить и два и три, не так ли?
— Именно так мы и собираемся использовать локомотивы, поскольку поезду требуется некоторый запас мощности для преодоления подъёмов, торможения на спусках и наконец, для трогания с места. Согласитесь, даже просто стронуть с места такую махину нужно сделать немалое усилие. Вы обратили внимание, с какой натугой трогается поезд после остановок? Правда значительная часть усилия происходит из необходимости обеспечить плавное трогание с места. Для безопасности и удобства пассажиров, конечно же, чтобы не уронить, не потревожить.
— Сегодня же отпишу своему государю Фридриху Второму, о новейшем средстве транспорта, оказывающимся столь необходимым как в мирной жизни, так и для нужд обороны страны.
Павел Петрович молча отошел от окна и вернулся на своё место. Присутствующие последовали его примеру, и расселись по местам. Видя задумчивость императора, присутствующие тактично приумолкли. Повисло молчание, которое прервал сам Павел Петрович:
— Господа, я видел двигатели созданные господином Яковлевым, видел автомобили, но признаться, даже не подозревал всех возможностей сего изобретения. Это невероятно, господа!
Присутствующие почтительно закивали.
— Самуил Карлович! — позвал Павел.
— Я здесь, Ваше императорское величество! — шагнул вперёд Грейг.
— Те самоходные баржи, что приняли участие в показе, они по Вашему ведомству или тоже эксперимент?
— Из моего ведомства, Ваше императорское величество. В Кронштадте на верфях заложены пятнадцать таких барж, будем строить огромную по нашему времени серию, как бы не несколько сотен таких судёнышек. Моторы мы получаем с московского завода господина Яковлева, но начали строительство двух таких же заводов в Ярославле и Воронеже.
— Баржи на военной верфи?
— Именно так, Ваше императорское величество. Когда мы получим опыт работы с малыми моторными судами, начнём строить моторные боевые корабли, которые пока лишь проектируем. А строительство барж передадим на другие верфи, таких судов нам надо чрезвычайно много как для военного флота, так и для купчишек.
— Не медлите с передачей на гражданские верфи, впрочем, только на государственные: казне нужны деньги. Кстати сказать, полковник Булгаков предлагал ввести на заводах, исполняющих военные заказы, военную приёмку. Может быть, возьмётесь, Самуил Карлович?
— А в чём смысл сей военной приёмки?
— На заводы прикомандировывается офицер, отлично знающий требования к конечному продукту, в вашем случае, к самоходным баржам и их моторам. Сей офицер, должен требовать кропотливого исполнения контракта, не допуская никаких оплошностей при выделке.
— Исполню, Ваше императорское величество! Вы упомянули интересы казны, так я полагаю, что военная приёмка будет обладать правом, помечать качественные изделия особым клеймом, за кое можно брать дополнительную мзду.
— И это верно, Самуил Карлович. Но пусть для начала приёмщики себя покажут с лучшей стороны. Однако я продолжу. Железная дорога, представленная ныне, представляется мне делом чрезвычайно важным для нашей державы. Посему я утверждаю формирование нового рода войск, железнодорожных. Командующим сими войсками назначаю барон фон Нолькен Андрея Ричардовича. Подойдите, барон!