— Ребята, в чем дело? — Сонным голосом поинтересовалась она. — Вы словно приведение увидели…
— Они пришли Труди, те самые люди, что хотят забрать мой талисман!
Труди встала. Она была настроена серьезно.
— Ладно, вы берите свои вещи и прямиком за мной, я проведу вас к черному входу. Не стойте, действуйте!
— Хорошо, — со страхом прошептала Дана, боясь, что их могут подслушивать.
Они с Саймоном побежали в комнату, не помня себя от страха. Они взяли каждый по своему рюкзаку, нехотя, но Дана взяла несчастного Джесси прямо за шкирку и бросила в рюкзак, получив в ответ гневные шиканья, также быстро выбежали в вестибюль, сильно не шумя. Труди приказала подросткам взглядом следовать за ней. В дверь теперь стучали намного громче.
— Скорее! — торопила их Труди, с тревогой озираясь на дверь.
Оказавшись на кухне, девушка немедленно последовала к обычной двери из красного дерева. Ребятам ничего не оставалось, как только продолжить следовать за ней. Труди, не спеша, повернула ручку двери, она с тихим щелчком открылась. Потом экономка обернулась к детям. Морозный воздух прорвался в помещение, потушив остатки тлеющего огня в камине. Труди глубоко вздохнула:
— Эх, удачи вам, ребята, — горько прошептала она. — Приятно было с вами познакомиться. Теперь бегите, я задержу этих людей!
— Но как же вы?! — испугался Саймон, переживая за несчастную мисс Бекер.
— Обо мне не волнуйтесь, со мной все будет хорошо. Ну все, бегите, давайте!
Саймон, Дана дружно закивали головами и двинулись бежать, не забыв весело помахать на прощание своему спасителю. Труди махала им до самого конца, не прекращая до тех пор, пока они не скрылись из виду за желтым домиком.
Задерживаться долго экономка не стала, побежала прямиком в вестибюль открывать дверь. Оттуда все еще доносился раздраженный стук в дверь. Девушка смело подошла, находясь на грани между решительностью и колебанием. Наконец, собравшись с мыслями, Труди взялась за железную ручку, но не успела она ее повернуть, как невидимая звуковая волна отбросила ее к дальней стене. Дверь слетела с петель, громким треском упав на пол. Внутрь вошли двое людей в черных мантиях, мужчина и женщина, и выглядели они довольно угрожающе. Труди побоялась двинуться с места. Женщина первой подошла к ней.
— Где они? — с холодом поинтересовалась она.
Девушка промолчала, отвернула взгляд от женщины, смотря в другую сторону. Получалось так, как будто она ушла в астрал.
— Я тебя спрашиваю! — с ненавистью прорычала женщина, сильно сжав правую руку.
Труди не сразу поняла, что задыхается. От кислородного голодания голова кружилась, горло сжали до невозможности! Девушка отчаянно хватала руками пустое пространство. Женщина продолжала:
— Где они?!
— Я не понимаю, о чем вы? –— прохрипела Труди.
Пару секунд горло беспощадно душили, пока мужчина, все это время спокойно стоявший рядом с тем местом, где всего минуту назад стояла дверь, не сказал:
— Констанс!
Констанс послушалась Игнотуса и перестала сжимать руку, тем самым перестав душить несчастную девушку. Та мирно лежала, потеряла сознание от нехватки воздуха.
— Черт! — злобно выругался Игнотус. — Хотя бы один раз можно не пользоваться телекинезом, чтобы люди не теряли сознание!
— Извини, — ехидно сказала Констанс. — Не смогла удержаться…
— Что прикажешь теперь делать?!
— Прибраться здесь и стереть девчушке память.
— Но мы потеряем этих детей из виду! — по-настоящему разозлился Игнотус, опрокинув вазу с цветами. Та разбилась. Осколки стекла неподвижно лежали на холодном полу, представляя собой некое произведение искусства.
— А работки-то прибавилось, — весело пропела Констанс, но потом перешла на серьезный тон. — Действуй, а я примусь за свое.
Нехотя, Игнотус согласился, отдав обычный кивок головой. Он закрыл глаза, сконцентрировавшись на том, что он хочет сделать. Удавалось ему с трудом, обида и злость на свою напарницу росла и никак не прекращалась. Но он давно научился контролировать свои силы и эмоции, поэтому ему удалось подавить свой гнев. Словно по волшебству, осколки стекла снова собрались в вазу, цветы вернулись на свое прежнее место, как в обратной перемотке, и теперь у окна стояла ваза, словно ее никто и не ронял вообще. Та же самая операция повторилась с дверью, она успешно вернулась на свое назначенное место и выглядела полностью нетронутой.
Констанс наблюдала за всем этим с обычным выражением лица, ее нисколько не удивляли все эти фокусы Игнотуса. Не тратя время, она наклонилась к девчушке и дотронулась до ее лба.