– Дядя Денис, у меня задачка с производными, с ответом не сходится. Помогите решить, а то, пока вы были в больнице, я в троечницы в классе перекочевала.
Я на неё смотрел, как баран, на новые ворота. Я проглотил, что у меня новое имя, но то, что я великий математик… это уже чересчур. Девушка по-своему поняла мои колебания:
– Дядя Денис! А я вам полы бесплатно помою.
Это было всё! Я вовремя вспомнил, что видел компьютер, осталось вспомнить, как им пользоваться, тогда любая задача будет решаема. Я попросил у девушки два часа времени, сославшись на то, что ещё не совсем восстановился после операции. Она пообещала прибежать с третьего этажа, со своей тряпкой и шваброй. Я, чуть не спросил:
– Зачем?
Компьютер сам включился, при моём приближении. Я, действительно, не помнил, откуда знал волшебный язык, я не помнил, как общаться с этим электронным чудом, но пальцы сами набрали условие задачи на мониторе, оказывается, я был не только компьютерным гением – хакером вселенной, но ещё непревзойдённым математиком. Потому, что компьютер ещё думал над решением задачи, а я уже записал ответ. Больше времени потратил на роспись решения. Я даже успел определить, где ошиблась девочка, и внести в компьютер объяснения по решению задачи. Моя память возвращалась ко мне: я компьютерщик, математик, полиглот, кто ещё? Какими способностями вас наделили Борис Савельевич? Ой – дядя Денис! Раздался звонок в дверь. Вместе с девочкой на пороге стояли Сармат с Неясытью. Я отдал соседке тетрадь с решённой задачей, больше её ничто не интересовало, как и всех старшеклассников, лишь бы решение с ответом сходилось, а то родители на танцы не пустят, или финансирование урежут. Уборку решили пока отставить, в связи с приходом гостей. Оба мужчины проследовали на кухню, сразу заметно, что они, не впервые в этой квартире. Сармат начал первым: – извинился передо мной за действия контрразведки. Дядя молча кивал головой.
– Пока разобрались, что к чему, как ты пропал. Мы тебя ещё быстро нашли, по следу от пробоя. Был бы шпионом, плакала бы наша контрразведка.
Наконец подал голос Неясыть:
– Всё понимаю! Даже то, что Гристарх передал тебе свой амулет Гандз, только одного понять не могу – откуда ты знаешь волшебный язык?
Я попытался объяснить, может быть мои объяснения кажутся не вразумительными:
– Не знаю! Не знаю я откуда у меня способности полиглота, не знаю я, откуда я разбираюсь в компьютерах, и откуда у меня способности к математике. Я до сих пор не понял, как очутился в волшебной стране, ещё меньше понимаю, как вернулся в этот мир. Это не мой мир. В моём мире меня все знают, как Бориса Савельевича, и живу я на третьем этаже, это даже Сармат может подтвердить. Здесь же меня зовут Денисом, и комната находится на два этажа выше. Дядя опять подал голос:
– Как? Как тебя зовут?
– Девочка с третьего этажа назвала меня дядей Денисом.
Оба гостя не смогли сдержать смех. Я не знаю, что я такого смешного сказал? Но Сармат оправился скорее:
– Мы прибыли в ваш мир Савельевич, чтобы принести свои извинения. Мы уже решили половину ваших вопросов, я думаю, нам стоит в дальнейшем к ним обратиться, но пока, вам нужно восстановиться после аварии. И ещё, я разгадал загадку своего отца, я догадался почему он указал на вас, и задолго до нашей встречи передал вам свой амулет Гандз. Я попрошу, Савельевич, не волноваться сильно от того, что будут появляться новые способности и физиологически меняться черты лица.
Я уже начал замечать, что молодею, но после Междувременья, я перестал обращать внимание на преобразования. Поверьте, после того, как человек побывал чучелом, ему становится безразлично, как он выглядит или каким, его хотят видеть окружающие. У гостей, видимо было много работы дома, они, даже от предложенного чая отказались, попрощались и растаяли, здесь же, на лестничной площадке пятого этажа. И стало тихо, впервые, с момента, как я принёс клетку, оплетённую проволокой с чёрной птицей, и положил её на балкон. Меня все оставили в покое, я стал никому не нужен, даже пигалице с третьего этажа. Тишина! Какая благодать! Целый месяц меня никто не тревожил, а потом, как все с цепи сорвались. С семи часов утра, видимо, не понадеявшись на звонок, в дверь, кулаком стал тарабанить участковый: