—Пора произнести над ним древние слова. Прикрой глаза, о Сони, когда я пламя лапой осеню.
Жрица положила в изголовье младенца перо ястреба, кусочек кремня и блестящий череп щуки. Протянув лапу над костром, она разжала ее — и пламя вдруг вспыхнуло ярким синим светом. Грисса начала декламировать:
Сони внимательно следил, как жрица рисовала метку его шайки на морде спящего младенца. Черная полоса, с обеих сторон красные точки. И маленькая синяя молния на левой щеке — знак избранного. Малыш даже не шевельнулся. Сони прилег рядом, на тот же плащ. Грисса, не ведавшая никаких проявлений нежности вождя к кому бы то ни было, молча удивлялась, слыша бормотание Вождя:
—Занн Юскарат Тагеранг. Таг… сынок…
Снаружи, под брезентовым навесом, Антигра слизывала кровь с прокушенной губы.
—Бери имя моего ребенка, бери жизнь его отца.
Я сильна, вытерплю. Долго могу терпеть. Но однажды я заберу все обратно и прибавлю титул Тагеранг к имени моего сына. Надеюсь, Сони Рат, у тебя хватит сил, хватит сил вынести медленную и мучительную смерть твоего нового сына Тага и твою собственную. Этот день придет, клянусь памятью покойного Грувена.
Над Лесом Цветущих Мхов уже поднималось солнце, предвещая теплое, ласковое утро. Командор выдр быстро вынул свой дротик из лап Брогла и скомандовал своим следопытам:
—Ложись!
Брогл послушно плюхнулся в мокрую траву и прошептал:
—Чт-т-то случилось, К-к-командор?
—Ш-ш-ш… Слушай! — шепотом ответил его наставник.
Странные звуки донеслись до притаившихся разведчиков. Как будто три-четыре музыканта нестройно, но с воодушевлением терзали свои инструменты. Музыку дополнял тенор, фальшиво и не в такт выводящий какую-то песню.
Хрустя ветками и спотыкаясь о корни, по лесу шест-повал заяц. Голову его украшал трехконечный шутовской колпак, сохранивший лишь один конец с колокольчиком — средний. Из дырок, оставшихся от двух оторванных концов, торчали заячьи уши, на каждом из которых болталось по маленькому круглому колокольчику. Одеяние зайца с трудом поддавалось описанию. К тому же куски этой арлекиновой одежки чуть ли не на каждом шагу отрывались и повисали на кустах, которые задевал лихой путешественник. Неуверенность походки зайца объяснялась очень просто: он волок на себе громадный музыкальный инструмент. На этой штуке были струны, торчали из нее какие-то палки, колокольчики, рожки, дудочки и даже барабан. Наконец заяц поскользнулся и рухнул на спину, но, казалось, этого не заметил, потому что продолжал борьбу со своим музыкальным чудищем и со словами песни, по-прежнему вылетавшими изо рта.
Заяц замолк, оглядывая окружившую его со всех сторон команду Командора.
— Вот ведь незадача… к пирожку рифму потерял, во, во…
Подумав, две выдры сияли с зайца придавивший его к земле инструмент. Командор поднял длинноухого одной мощной лапой.
—А скажи-ка мне, давно ли ты в лесу? И не видел ли взрослого выдру с детенышем? Может, каких-нибудь бродяг-разбойников заметил?
Заяц похлопал глазами и ушами, покрутил головой и заговорил:
—Так-так. Я просто иду себе и иду, во. Но выдр, ни больших, ни малых, ни совсем маленьких, на пути не встретил, вы первые, во. Да и разбойников тоже, к счастью, не встречал, извините.
Командор с интересом осматривал странного зайца.
—А не скажешь ли ты нам, дружок, как тебя зовут и что ты здесь делаешь, в глуши лесной?
Заяц неожиданно схватил лапу Командора и затряс ее в лапопожатии.
—Дружок — это хорошо, это просто отлично, во. Но звать меня вообще-то Бурак-Дурак, к вашим услугам. Мастер Музыки, Развлекатель-Звукослогатель, Наставник в Мелодике и Лирике. Гонораров не беру, дарю свои таланты по доброте сердца. Нуждаюсь лишь в пропитании, во. Это называется пища, сэр. Кстати, не знаете ли вы случайно дорогу к заведению, называемому аббатством Рэдволл?
Командор освободился от захвата заячьей лапы и повернулся к брату Хобену, который тоже присоединился к группе.
—Что вы на это скажете, брат Хобен?
Брат Хобен, архивариус, имеющий доступ ко всем документам аббатства, искренне удивился:
—Впервые слышу. Вас кто-то пригласил, мистер Бурак?
Заяц бесшабашно двинул ушами.
—Да нет, никто не приглашал. Слухом земля полнится, знаете, во. Вы ведь вылечили гуся с поломанным крылом прошлым летом.
—Да, действительно. — Об этом случае брат Хобен помнил. — Он у нас жил, пока сестра Алканет не проводила его в самостоятельный полет.
Заяц вынул из руки Дрогга засахаренный каштан, сунул его в рот и продолжил речь:
—Да, разговорчивый малый этот гусь. Он мне много чего нагоготал, во. И о том, что в аббатстве нет ни зайца, ни ответственного за музыку. Вот я и подумал, что смогу помочь славному аббатству. Пока какой-нибудь другой заяц не перехватил местечко. Конкуренция, знаете, во. Дрогг потянул Командора за лапу:
—Надо взять его с собой в аббатство. Крегга решит, что с ним делать.
Командор улыбнулся:
—Да, зайцы — хорошая компания, если только не сидят рядом за столом. Конечно возьмем. Если он пойдет дальше один и снова рухнет, то так и останется под своей музыкой. И будет мне по ночам являться, тревожить сон.
Зайцу это решение явно понравилось. Он осмотрелся и, повернувшись к группе выдр, с вызовом ударил лапой по своей хилой грудной клетке.
—Как, ребята, кто-нибудь из вас воображает всерьез, что он сильнее меня?
Все знают, какого высокого мнения выдры о своей силе и ловкости. Двое самых молодых, самец и самка, выскочили вперед.
—Я сильнее! — крикнули оба в один голос.
Бурак с восхищением похлопал их по мускулистым спинам:
—Прекрасно! Две горы мышц, во. Вы сильнее, охотно вам верю. А поднимете мою музыку, если я еще сверху сяду?
—Запросто! — также в один голос отозвались обе выдры.
Командор сразу понял замысел длинноухого и посмеивался в кулак. А заяц завершил свою хитроумную комбинацию:
—Ну, не такой уж я лентяй, я и пешком пройдусь, во. А вы уж поднесите мой инструмент. Ладно? Командор шагал рядом с зайцем.
—Бурак-Дурак? — спросил он. — Не такой уж ты дурак, друг, как я погляжу. Ну и инструмент же у тебя!
Как ты его называешь?
Бурак споткнулся, зацепился за ветку, отцепил свою хламиду и, придерживая ее лапой, ответил:
—Это моя аккордегардия, во. Сам изобрел. Состоит из мандолины, скрипки, барабанов, флейт, рожков и арфы. В мандолине потайное отделение для провизии, во. По при чине недостатка везения и избытка аппетита пустое, во, во.
Брогл рысил чуть позади Командора с зайцем, пыхтя под тяжестью командорского дротика. Бурак скосил на него глаз:
—А, друг мой рифмователь. Как зовут вас, юный сэр?
—Б-б-брогл, м-м-мистер Б-б-бурак, с-с-сэр.
—И давно он заикается? — спросил Бурак у Командора.
—Всю свою жизнь.
—Скажи «а-а».
—А-а…
—А теперь дольше: А-а-а-а-а-а-а.
—А-а-а-а-а-а-а…
—Отлично. А теперь спой за мной: «Меня зовут Брогл, мистер Бурак, сэр!»
Командор одобряюще кивнул головой. Брогл глубоко вдохнул и запел:
—«Меня зовут Брогл, мистер Бурак, сэ-э-эр!»
—Очень неплохо. А ты ничего не заметил, Брогл?
— Н-н-ничего, с-с-сэр.
Бурак поднял лапу:
—Ты не заикался, когда пел. Брогл засиял от удовольствия:
—П-п-правда?
—Правда! Попытайся петь то, что говоришь, во!
На кухне Крегга с Мгерой, Филорн и братом Боббом размышляли о меню предстоящего пира. Филорн понимала, что остальные хотят ей помочь, и поэтому с готовностью приняла участие в работе.
—Мама, испеки свой яблочный пирог с малиной, — просила Мгера.