— Кажется, она из команды маркетинга, — выбрал я более нейтральный ответ, без лишних подробностей. — Блондинка, высокая. Я видел ее на одном из школьных мероприятий пару недель назад.
Он кивнул:
— Ладно, спасибо, что сообщил. Разберусь.
— Спасибо. Ладно, пойду на утреннюю тренировку, — сказал я, поднимаясь и направляясь к двери.
Хватаясь за ручку, я обернулся, наблюдая, как Джона изучает чек.
— Кстати, можно оставить это пожертвование между нами? Не хочу, чтобы стажеры знали об этом. Пусть думают, что заработали это сами. Потому что так и есть.
— Конечно, без проблем, — улыбнулся он, переключаясь на экран компьютера.
— Спасибо, — я открыл дверь, а, закрывая ее, помахал нескольким сотрудникам, которые смотрели на меня с явным любопытством. Сделал себе мысленную заметку почаще заходить на эту сторону стадиона, чтобы люди перестали удивляться, когда видят меня здесь. Да и меньше подозрений в моих мотивах.
— Мистер Соренсон, — позвал меня знакомый голос.
Я напряг челюсть, разворачиваясь. Передо мной стоял тот самый парень, который относится к Кали, как к последнему куску хлеба в батоне. Знаешь, тому самому краю, который все оставляют, пока он не станет сухим и плесневелым. Никто не хочет есть этот кусок.
Развернувшись на каблуках, я оказался лицом к... ну ладно, надо смотреть вниз, чтобы увидеть лицо Джоша, потому что я намного выше его.
— Привет, Джеймс, так ведь?
— Джош, — поправил он.
Я знал. Просто решил побыть засранцем.
— А, точно, прости. Джош. Что могу для тебя сделать? — спросил я, продолжая идти и слегка игнорируя его. Обычно я так не общаюсь, но карма — штука злая, и сегодня Джошу достанется.
Он засеменил за мной.
— Я просто хотел узнать, не мог бы ты это подписать? — я так резко остановился, что он врезался в меня. Ручка уткнулась мне в спину.
Я насторожился — подписывать что-то для него явно рискованно. Он точно из тех, кто потом выставит это на eBay с бешеной наценкой.
— Это для моего племянника. Он твой самый большой фанат.
Разворачиваясь, я взял у него ручку. Я не могу отказать ребенку. Это же не его вина, что у него такой дядя.
— Как его зовут? — всегда спрашиваю, потому что с именем продавать сложнее.
— Чарли, — сказал он, протягивая мне мяч и смотря, как я его подписываю.
Но перед тем как отдать мяч, в голову пришла идея. Я поднял мяч, не давая ему достать, и заметил, как его лицо перекосило от непонимания.
— Джеймс.
— Джош.
— Ага, точно, Джош, — протянул я, нарочито растягивая его имя. — Я отдам тебе этот мяч, если ты пообещаешь мне одну вещь.
Он нахмурился, явно пытаясь понять, что у него может быть, что мне нужно.
— Будь добрее к своим сотрудникам, — сказал я, наклоняясь, чтобы он четко услышал каждое слово. — Одно из главных правил, которым я научился в низшей лиге: будь вежлив со всеми. Никогда не знаешь, кто станет следующей суперзвездой.
Он фыркнул, наконец показав свое истинное лицо.
— Я прекрасно к ним отношусь, — сказал Джош, пытаясь выхватить мяч из моих рук.
Похоже, он забыл, что я профессиональный атлет и минимум на фут выше его. Я поднял мяч еще выше, а он подпрыгнул, пытаясь достать его. Это выглядело жалко.
— Неправда. Я видел, как ты с ними обращаешься. Ты ведешь себя как мудак, — сказал я, уже понимая, что следующий шаг мне не особо хочется делать, но придется.
— Ты знаешь, что у меня тут есть вес? — я продолжил, пока он все еще пытался дотянуться до мяча, не отвечая.
— Если я услышу, что ты хотя бы посмотрел на своих сотрудников не так, как надо, мне, может, придется упомянуть это Джоне, — я кивнул в сторону его офиса. Джона был на телефоне, увлеченно разговаривая с кем-то.
Джош остановился и уставился на меня.
— Эм, конечно, мистер Соренсон, — пробормотал он, вдруг став послушным, как щенок.
Я бросил мяч вниз, и он поймал его обеими руками.
— Отлично, — развернулся на каблуках и направился к лифту, даже не удостоив Джоша взглядом.
Я дам ему две недели, пока буду в разъездах, чтобы изменить свое поведение. Если узнаю, что к Кали относятся хоть немного иначе, чем идеально, придется его уволить. Все просто.
Как только двери лифта закрылись, телефон завибрировал в кармане. Наверное, Кали. Я не слышал от нее ни слова с тех пор, как оставил ее в своей постели утром, чтобы пойти на тренировку.
Но это не Кали. Все тело напряглось, когда я увидел ее имя на экране. Какого черта Сэм понадобилось?
Последний раз я слышал о ней несколько месяцев назад, когда ее лицо мелькало на обложках тех самых журналов, которыми она была так одержима. Что-то там было про то, что она ждет кольцо от Тео. Наверняка в этом есть доля правды. После шести месяцев в главной лиге она начала жестко давить на меня с предложением.
Я игнорировал ее «тонкие» намеки, которые она делала по всей квартире. Спустя пару месяцев она стала куда более очевидной, разбрасывая по дому огромные фото дорогих колец. Я продолжал делать вид, что ничего не замечаю.
Наверняка она сама и подкинула этот последний сюжет. Помню, как она уже делала подобное, пытаясь продвинуть свою идею для реалити-шоу «Настоящие домохозяйки бейсбола». Никто, конечно, это не одобрил. Она же даже не была моей невестой.
Когда Сэм поняла, что выжала из меня все, что могла, она переключилась на Тео. Надо бы ему спасибо отправить за то, что избавил меня от нее.
Я нажал «отклонить» и закинул телефон обратно в карман. Удовлетворенная ухмылка расползлась по лицу — приятно осознавать, что за час я решил кучу проблем Кали. Теперь осталось разобраться с тем, что наши отношения могут попасть в прессу.