Я ссутулился, ее ладонь все еще давила мне на лицо, и соблазн лизнуть ее руку становился все сильнее. Единственное, что меня останавливало, — это плотно сжатые губы на ее лице. Она явно не в настроении для шуток.
— Ага! — ее рука наконец освободила мое лицо, но теперь палец был направлен прямо мне в нос. Я даже слегка скосил глаза, наблюдая за ним. — Я знала, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Она опустила голову, будто в стыде.
— Это все был расчет, да? — ее обвинительный тон становился все громче с каждым словом, пока она топала в сторону кухни. Надеюсь, ее соседи настолько старые, насколько звучат, чтобы не слышать этот цирк. — Я не какая-то шлюха!
Ее вспышка одновременно шокировала и слегка забавляла.
— Я буквально понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал я, и, видимо, зря.
Она резко развернулась на каблуках, приближаясь ко мне.
— Я просто была твоей одержимой фанаткой, да? Ты знал, что меня легко затащить в постель из-за этих проклятых фигурок!
Теперь ее руки размахивали во все стороны, и она выглядела совершенно безумной. Я бы никогда ей в этом не признался, но видеть ее такой раздраженной и в ярости было... горячо. Возможно, дело в том, что это я довел ее до такого состояния, и мне это нравилось.
— Эй, стой, — сказал я, хватая ее за руки, пока она что-нибудь не уронила или не покалечилась. Фил недавно рассказывал мне про ее прошлые травмы, и, клянусь, эта девушка могла бы найти способ ушибиться даже в мягкой комнате. — О чем ты вообще говоришь? Я тебя не "откупал".
Она фыркнула:
— Ну конечно. Я просто была фанаткой, с которой ты мог развлечься, пока твоя настоящая любовь не вернулась. Признайся.
Сдерживая смех, я наблюдал, как ее безумные глаза бегают в поисках подтверждения ее выводов. Она явно была уверена, что разоблачила меня в какой-то хитрой лжи, но все было совсем не так. Я не настолько умен.
— Почему ты решила, что моя жизнь похожа на дешевую испанскую мыльную оперу с плохой актерской игрой? — спросил я, пока она продолжала вырываться из моих рук.
Я не отпускал ее, терпеливо ожидая, пока она успокоится, вдыхая сладкий кокосовый аромат ее шампуня. В голове крутились мысли о последнем разе, когда мы виделись.
Когда она немного расслабилась, я снова заговорил:
— Кали, — протянул я ее имя медленно и лениво, зная, что она это любит. — Когда я не на поле, я либо пишу тебе, либо думаю о тебе. Единственная причина, почему я пожертвовал деньги, — это потому, что ты заслужила получать оплату за все часы, которые ты отработала. После разговора с Джоной о том, какую работу вы выполняете, он согласился найти способ оплачивать стажеров в будущем.
Она ахнула, глядя на меня с выражением предательства.
— Ты рассказал Джоне про нас?
— Нет, конечно нет. Я говорил о стажерах в общем, — соврал я, прекрасно зная, что сейчас не лучший момент упоминать о том, что я специально намекнул на ее переработки.
— Кто вообще сказал тебе про мое пожертвование? Оно должно было быть анонимным.
Я почувствовал, как ее плечи опустились, а ее уверенность слегка пошатнулась.
— Джош, — пробормотала она в мою рубашку.
— Какого черта он узнал? — мои мысли тут же вернулись к тому дню, когда он просил меня подписать мяч, а я слегка припугнул его. Ничего серьезного, просто чтобы он чуть штаны не намочил.
Оказалось, что он умнее, чем я думал, раз смог все сложить воедино. Честно говоря, считал его полным идиотом.
— Я не знаю. Перестань уходить от темы. Ты пожертвовал деньги и сделал так, чтобы это выглядело, как взятка. Ты вообще подумал, как это будет выглядеть, если об этом узнают другие?
— Никто об этом не узнает.
— Джош узнал.
— Джош ничего не скажет, — фыркнул я. Я за этим прослежу и еще раз с ним побеседую.
— Но теперь у него есть что-то против меня, — нахмурилась она, — и я буду выглядеть жалкой, когда ты вернешься к своей бывшей.
В этот момент я притянул ее обратно в свои объятия и посмотрел ей в глаза.
— Кали, я все еще абсолютно не понимаю, о чем ты говоришь.
Она потянулась к столешнице, швырнув мне в грудь журнал. Я схватил его, взглянув вниз. На обложке были я и Сэм.
— Ты прав. Прости, я неправильно выразилась. Ты не просто вернулся к своей бывшей. Ты сделал ей предложение?! — выпалила она.
Она попыталась пройти мимо меня, демонстративно топая ногами, но в ее халате и этой крошечной квартире далеко не уйдешь. Она развернулась на каблуках, драматично привалившись к стене с раздраженным вздохом.
И хотя мне нравилось наблюдать, как она ревнует, ее халат задрался на загорелых бедрах, и мои пальцы буквально чесались, чтобы снова почувствовать эту шелковистую кожу. Мы не были вместе почти месяц. Теперь я понял, почему. Эти статьи сводили ее с ума, а история с оплатой только усугубила ситуацию.
Я встал прямо перед ней.
— Во-первых, — начал я спокойно, низким голосом, — я не видел Сэм больше года. Это сделало бы предложение довольно сложным, не так ли? Эти фотографии, которые они публикуют, сделаны в прошлом году.
Я услышал ее тихий всхлип, когда прижал руки к стене по обе стороны от ее лица, нависая над ней.
— Во-вторых, я действительно встречался с Сэм. Но я никогда не делал ей предложение. Она просто рассказала об этом журналам, надеясь, что это подтолкнет меня к этому. Поверь, она оставляла достаточно намеков. Я их игнорировал, так же как и, пожалуй, должен был игнорировать ее.
Я рискнул и положил руку ей на щеку, привлекая все ее внимание к себе.
— Сэм перестала существовать в тот момент, когда я встретил тебя, — честно сказал я.