– Вы чем-то заняты? – спросил я, хотя напряжение между ними было таким густым, что, казалось, даже пот стекал у меня по спине. Атмосфера жутко неловкая. Надо было пройти мимо, но желание поговорить с Кали перевесило все.
– Нет.
– Да.
Они ответили одновременно.
Мэри развернулась на каблуках, сверля Пенна взглядом, который напомнил мне, как Кали смотрела на меня на днях, после того как обвинила в том, что я сделал предложение Сэм. Кстати, надо бы сменить номер телефона. После того как я ее заблокировал, она теперь использует чужие телефоны, чтобы дозвониться. Это жалко и странно, но не настолько, чтобы я стал брать трубку и выяснять, чего она хочет.
– Ты нам не помешал, – подчеркнула Мэри. Убедительно.
– Чем могу помочь, Тейт? – ее голос стал сладким, как сироп, и включился полный режим пиар-менеджера. Пенна она при этом полностью проигнорировала.
Я почесал щетину на подбородке.
– Я просто… эм… хотел узнать, никто из вас случайно не видел Кали? – Да, звучал я как отчаявшийся подросток. Да плевать. Я хотел, чтобы она перестала меня игнорировать. Наверное, выглядел я так же жалко, как себя чувствовал, потому что взгляд, которым меня наградила Мэри, был смесью сочувствия и легкой жалости.
Она уже открыла рот, видимо, чтобы мягко меня отшить, но Пенн встрял, покачав головой.
– Кали занята сегодня. Она оделась... Ай! Ты зачем это сделала? – он одернул Мэри, которая только что врезала ему локтем в бок, злобно на него глядя.
– Завтра у меня подача. Если ты испортила мою подготовку, я тебя убью, – проворчал он, потирая бок.
Ему, похоже, было плевать, что Мэри толкнула его еще раз, закатив глаза, прежде чем снова посмотреть на меня. Она указала на Пенна большим пальцем, вздохнув:
– Спортсмены. Такие чувствительные к любым травмам. В прошлом месяце Пенн чуть не рыдал из-за мозоли.
– Она была на бросковой руке! – возмутился он, уставившись на нее. – Я вылетел из ротации на две недели, пока она заживала. Это две недели без шансов на скаутов!
Он повернулся ко мне, но явно продолжал говорить для Мэри.
– Раз уж ты такая честная сегодня, почему бы тебе не рассказать Тейту, как я получил эту травму?
Он хитро улыбнулся, и, хотя Мэри пыталась сохранить каменное лицо, ее щеки предательски порозовели.
Кажется, я случайно влез в их любовную разборку.
Мэри закрыла глаза, зажав переносицу пальцами, и начала делать глубокие вдохи, явно пытаясь успокоиться.
– Кали сегодня занята работой, так что ты ее здесь не найдешь, – сказала она.
Пенн фыркнул, закатив глаза к небу, будто не верил своим ушам. Я чего-то не понимаю? Джона же говорил, что все будут здесь. Если Джош заставил ее пропустить вечеринку, я его убью.
– Она за своим столом?
Глаза Мэри расширились, и она начала размахивать руками, как курица без головы.
– Нет! Нет! Не ходи туда. Она действительно занята, и ты ее только больше напрягаешь.
Пенн смотрел на Мэри так же внимательно, как и я. Она что-то пробормотала себе под нос, прежде чем снова сосредоточить внимание на мне.
– Слушай, я понимаю, что ты хочешь как лучше и хочешь с ней поговорить, но, думаю, ей нужно немного времени. У нее сейчас куча дел на работе. Дай ей передохнуть. Скоро она придет в себя. Эта ситуация просто слишком сложная для нее. Она не привыкла быть с кем-то вроде тебя.
– С кем-то вроде меня? – я выдохнул, глядя, как Мэри разворачивается и уходит, не утруждая себя объяснениями.
Почему женщины всегда так делают? Они думают, что я умный и рано или поздно все пойму сам. Черт побери, я бейсболист, а не нейрохирург!
– Почему она злится? – крикнул я ей вслед, надеясь, что Мэри сжалится надо мной.
Нет, не сжалилась.
– Ты реально сильно запал на мою сестру, да? – услышал я за спиной голос Пенна после нескольких секунд тишины. Вот, подтверждение моей теории: бейсболисты не самые быстрые на подъем.
– Не звучит так, будто ты удивлен, – пробормотал я.
Он хмыкнул, оглядываясь вокруг.
– Вообще-то нет. Моя сестра потрясающая, и любому парню повезет с ней, – сказал он с убежденностью. – Она умная, красивая и милая. Просто у нее есть одна ужасная привычка: не замечать очевидные вещи прямо перед носом.
Его взгляд скользнул к Кэтти, который позировал и дурачился с фанатами, и задержался там.
– Кали редко с кем-то встречается. В старшей школе только пять парней были выше ее ростом, и она всегда была немного неуклюжей. Она решила, что никому не будет интересна, хотя это была полная чушь, – он снова посмотрел на меня. – А потом, на последнем курсе, несколько парней начали проявлять к ней интерес. Они были популярными и пару раз приходили к нам домой, чтобы поговорить с ней. Она их полностью игнорировала, думая, что они скорее выберут низеньких чирлидерш из школы.
Он покачал головой.
– Судя по рассказам Мэри, эти парни прям с ума по ней сходили, пытались изо всех сил привлечь ее внимание, но Кали не проявляла интереса.
Пенн посмотрел на меня и опустил голову.
– Извини, что ухожу в сторону. Короче, все было очевидно: парни ей нравились, а она решила, что ей с ними не по пути, без какой-либо причины, кроме ее упрямства. Когда они наконец сдались и начали встречаться с этими чирлидершами, Кали использовала это как доказательство, что она была права с самого начала.
– Если они сдались, то они идиоты, – пробормотал я, сжав челюсти. Мысль о том, что другие парни вообще приближались к Кали, меня бесила, но сдаться — это еще хуже. – Но при чем здесь я?
Пенн пожал плечами.
– Да особо ни при чем. Просто она иногда видит то, что хочет видеть, вместо того, что есть на самом деле. Любой с двумя извилинами уже понял бы, как ты по ней сохнешь, и проигнорировал бы эти тупые журналы. Но Кали, кажется, единственная, кто их читает и воспринимает всерьез. И это смешно, потому что, с ее графиком сейчас, я вообще не понимаю, как у нее находится время на всю эту хрень.