Что-то кольнуло в голове. Это резкое движение казалось знакомым, но я не мог вспомнить, откуда.
Кали медленно повернулась, внимательно следя за каждым моим шагом, пока я приближался.
– Привет, Тейт, – пропищала она, сжав руки по бокам и сжав челюсть.
– Все нормально? – спросил я, слегка наклонив голову и ухмыльнувшись.
Она уставилась мне прямо в глаза, а ее щеки порозовели.
– Ага. Все абсолютно нормально, – ответила она с наигранной бодростью, не отводя взгляда от меня.
Она слегка покачала головой из стороны в сторону, как будто пытаясь избавиться от излишнего напряжения, что было странно, ведь до этого она вела себя со мной вполне спокойно.
Кали упорно смотрела только мне в лицо. Это было… подозрительно.
– Ты уверена? – уточнил я, заметив, как она прикусила нижнюю губу. Она так покраснела, что, казалось, вот-вот взорвется.
Ее взгляд на долю секунды скользнул вниз, и в этот момент до меня дошло. Ей, черт возьми, нравится, как я выгляжу в поношенной бейсбольной форме. Как я мог забыть?
Я хлопнул ладонями по пыльным штанам, выпуская облако пыли между нами, и заметил, как у нее дернулся глаз. Сделал шаг ближе, нарушая ее личное пространство – ровно настолько, чтобы слегка выбить ее из равновесия. Она может сколько угодно говорить, что не хочет встречаться, но ее взгляд, полный скрытой жажды, говорит совершенно другое.
– Понравилось шоу? – спросил я, с вызовом глядя на нее.
Она заметно сглотнула, ее глаза нервно бегали из стороны в сторону. Она явно старалась смотреть куда угодно, только не прямо на меня.
– Ага, – ответила она с претенциозной небрежностью, но при этом голос прозвучал немного мечтательно. – Спасибо, что все это организовал для Пенна. Видно, что ему это нравится.
Ее взгляд остановился на брате, который с гордостью выбивал Остина, и я намеренно переместился так, чтобы снова попасть в ее поле зрения. Ее глаза наконец встретились с моими. Они смягчились, как и ее тело, но она ничего не сказала.
Я решил прийти ей на помощь.
– Рискуя звучать как пацан из бойз-бэнда девяностых, я бы сделал для тебя что угодно, – произнес я.
Тихий смешок вырвался из ее губ, и она покачала головой.
Тейт, ты должен перестать говорить такие вещи, – она вытянула руку, чтобы оттолкнуть меня в грудь, но я схватил ее руку раньше, чем она успела отнять. Большим пальцем я провел по ее коже, поглаживая тыльную сторону ладони. Одно это прикосновение вызвало разряд в груди, и я знал, что то, что между нами, – настоящее. Мне просто нужно было убедить в этом ее.
– Почему? – спросил я едва слышно.
Она потерла подошвой кроссовки об металлические ступеньки трибуны.
– Потому что мы не встречаемся, – пробормотала она. Звучало это так неубедительно, что я еле сдержал ухмылку. Она сама в это не верила, просто пыталась себя уговорить.
Я наклонился чуть ближе, пытаясь сохранить серьезность.
– Скажи это мне в лицо, а не своим кроссовкам. Тогда, может быть, я поверю.
И вот она подняла глаза. Посмотрела прямо в мои. Ее рот приоткрылся, но слов, которые она хотела сказать, так и не последовало.
Она знала, что ведет себя нелогично. Наказывает меня за сплетни в таблоидах и бывшую, к которой у меня нет ни малейшего интереса. Разве она не видит, что я все это организовал ради нее?
Я опустился на колено, чтобы встретиться с ее встревоженным взглядом.
– Таблоиды получают деньги за выдумку. Мне больше дела до жвачки, прилипшей к подошве, чем до Сэм. Единственная девушка, на которую я смотрю, – это ты. И как только таблоиды это поймут, им станет скучно, и они перестанут про нас писать. Им нужна драма, а мы ее не дадим, – повторил я, наверное, в тысячный раз.
Ее брови нахмурились, явно пытаясь понять, откуда я вообще все это знаю.
– Тебя не уволят, и отношения со мной не вызовут негодования. Три девчонки из бухгалтерии встречаются или замужем за игроками. Я проверил.
Она смотрела на меня, переваривая все, что я только что сказал. Наверное, была шокирована, хотя не должна – я это уже озвучивал раньше.
– Хот-дог? – мужчина с рыжей щетиной протянул Кали булку с мясом, полностью разрушив момент, даже не осознавая этого.
Ее губы сжались, а лицо покраснело еще сильнее. Она закатила глаза и громко, демонстративно выдохнула, прежде чем саркастично взглянуть на него.
– Я в порядке, пап, – ответила она, подозрительно разглядывая хот-дог. – Где ты вообще его взял в такое время?
Он внимательно изучил булку, облизнув губы.
– Даррил решил остаться, когда увидел, что ребята продолжают играть. Если ты не хочешь, я съем, – сказал он, практически пуская слюни, просто глядя на еду. – Это единственное нормальное мясо, которое я съем за всю неделю.
Кали махнула рукой:
– Иди, пап. Я тебя догоню через минуту. Мне нужно тут кое-что закончить, – она указала на меня так, будто я был банковской операцией, которую нужно срочно исправить.
Он усмехнулся:
– Да-да, с твоим любимым бейсболистом, – подчеркнул слово «любимый», как будто я и так этого не знал.
– Я подумал, что стоит подойти и представиться, – он улыбнулся в мою сторону. – Меня зовут Джон.
Джон неловко перехватил хот-дог, чтобы освободить руку и протянуть ее мне. На вид он был классическим бейсбольным папашей: слегка выступающий живот, бейсболка и джерси с гордой надписью Collins на спине. Абсолютно ничего в нем не намекало на то, что он мог быть настолько хипстером, чтобы назвать своих детей в честь штатов.
Я крепко пожал его руку. Было четкое ощущение, что мне придется проводить с ним немало времени, так что первое впечатление важно.