- Ты знаешь, что это за здание? – спросила Любомира, показывая внучке на красивый светлый дом.
Двенадцатилетняя Лада внимательно посмотрела на здание. Изящные светло-серые стены раскинулись вдоль дороги по улице Алексея Толстого. Несмотря на обилие барельефов, колонн, круглых окон под крышей, напомнивших Ладе иллюминаторы, дом выглядел изящно, даже воздушно.
- Нет, - протянула, наконец, девочка. – В первый раз вижу.
- Запомни его, - посоветовала Любомира. – Это дом наших родственников, Субботиных-Шихобаловых.
- Да ладно? – изумилась Лада. – Я слышала и про Субботиных, и про Шихобаловых, но никогда не думала, что мы как-то с ними связаны.
- Пусть и дальние, но они, все же, родственники. Хотя это уже не имеет значения, у нас давно другая фамилия.
- Но если мы их родственники, может, какой-то из их домов принадлежит нам? И почему мы живем небогато? Ведь Субботины были состоятельными людьми.
Любомира рассмеялась.
- Не знаю, к сожалению или к счастью, но мы – лишь дальние родственники тех самых Субботиных, слишком дальние, чтобы что-то наследовать. Но это не помешало мне подробно изучить историю их жизни.
- А у этих купцов хоть кто-нибудь остался? Из потомков, я имею в виду? Может, нам с ними познакомиться?
- После революции семнадцатого года они уехали из Самары, и на этом их след обрывается, - ответила Любомира. – Ну что, пошли?
- А мы можем зайти внутрь? – спросила вдруг Лада, уже несколько минут пристально вглядывавшаяся в дом. – Мне почему-то очень захотелось там оказаться.
Тогда навестить заброшенное родовое имение пожилая колдунья не позволила. Но связь с домом девочка чувствовала еще долго, как будто что-то звало ее туда. Она часто прогуливалась неподалеку, с любовью осматривая рельефные стены, так тщательно продуманные главным архитектором императорских театров Виктором Александровичем Шретером. Изначально здание отличала кирпичная кладка стен, но когда хозяином дома стал Антон Николаевич Шихобалов, дом побелили и начали сдавать разным предприятиям, от магазинов до складов. Какое-то время здесь по очереди жили три самарских губернатора, один из которых – печально известный родственник знаменитого поэта, Иван Львович Блок, - погиб от взрыва бомбы, брошенной в него радикалом Григорием Фроловым.
Но со временем Лада все реже могла приходить к особняку, и вскоре про него забыла, загруженная не только учебой в школе, но и более сложными занятиями магией, которые организовала для внучки Любомира. Теперь девушка вновь смотрела на роскошный дом, озаренный синеватым сиянием сапфира. Как же она могла про него забыть? Столько искала здание, связанное с ее семьей, но именно об этом так и не вспомнила. Как будто затмение какое-то нашло…
- Лада, очнись уже! – резко выдернул ее из мыслей голос Влада.
Колдунья вскинула голову. На нее пристально смотрели несколько пар глаз.
- Ты знаешь, где этот дом? – спросила у нее Видана.
- Иногда наша связь меня пугает, - передернула плечами Лада. – Ты видела то же, что и я?
- Лишь урывками, но мне этого хватило, чтобы понять, что ты теперь знаешь, где спрятан сапфир.
- Да, знаю, и удивлена, что не подумала об этом здании раньше. – Колдунья обвела взглядом компанию. – Нам нужно проработать план действий. Идти за камнем нужно сейчас, ждать до ночи нет смысла, иначе все закончится плохо, я чувствую нетерпение талисмана, и с каждой минутой оно все невыносимее. Мне самой теперь хочется куда-то бежать, что-то делать, неважно, что именно, главное – двигаться. Дом находится недалеко отсюда, на улице Алексея Толстого. И я больше чем уверена, что за нами следят, поэтому, наши перемещения не останутся незамеченными. Все готовы идти дальше?
- Мы же сказали, что готовы, - нетерпеливо отмахнулся Пересвет. – Мы с тобой, не надо по десять раз спрашивать.
- Кто-нибудь, кроме тебя, может забрать его? – поинтересовалась Видана.
- Думается мне, это не очень хорошая идея, - хмыкнула Лада. – Насколько я поняла этот талисман, он примет только свою хозяйку, другим же не поздоровится. Видимо, тот, кто нанимал клан убийц, ничего об этом не знает, иначе не пытался бы меня уничтожить.
- А если тебя все-таки убьют, что будет с сапфиром? – спросил Чеслав. И тут же ойкнул, получив ощутимый электрический разряд от разозлившегося Влада. – Я просто спросил!