- Извиниться? – Бореслав поднял брови. – Но за что тебе извиняться?
- За Ладу, - виновато улыбнулась Елена. – Она не должна была так с тобой разговаривать.
- Боже, Лена! – воскликнул колдун. – Я думал, случилось что-то серьезное! Больше не пугай меня так.
- С каждым днем я все больше чувствую свою вину за то, что не воспитала ее должным образом, - произнесла женщина, как будто не расслышав Бореслава. – Я не должна была оставлять дочь на Любомиру. Ведь я ее мать, а она даже сейчас смотрит на меня так, будто я совершенно чужой человек. Но… наверно, так оно и есть, да?
Бореслав невесело усмехнулся. Он думал также, но не хотел обвинять Елену. Ей не хватало смелости и решительности матери, и в любой сложной ситуации она просто сбегала. То же самое может произойти и в этот раз, а ему нужно, чтобы сейчас рядом с Ладой был верный ему человек. Раз никого из клана девушка видеть не хочет, значит, остается только ее мать. Ведь его самого юная колдунья с каждым днем ненавидит все больше, и дело тут не только в его личных недостатках. Бореслав давно догадывался, что в разговорах с Ладой Любомира не ограничивалась одними рассказами о том, какой он плохой человек. Стремясь оградить и девочку, и семейную реликвию от влияния извне, она вполне могла провести специальный обряд, после которого ненависть Лады к Бореславу возрастала бы после каждой их встречи. Пожилой колдун уже слышал о подобных заговорах. Раньше они виделись редко, поэтому девушка общалась с ним вполне дружелюбно. Но теперь… Мужчина вздохнул и посмотрел на Елену. Внешне она походила на свою мать, хотя черты были более мягкими, изнеженными. И по натуре она была такой же, в отличие от Любомиры, от которой всегда исходила сила, завораживающая, опасная, и от этого еще более привлекательная. Такая же сила ощущалась и в Ладе.
В первый раз Бореслав увидел Любомиру в шестнадцать лет. В тот день Хоробор, отец Бореслава и глава их клана, решил устроить вечеринку для молодежи. Юные колдуны и колдуньи подрастали, набирались сил и опыта, пришла пора познакомить их друг с другом для создания новых связей – дружеских, магических и любовных.
Праздник был в самом разгаре, и Хоробор, глядя на молодежь, просчитывал, как можно объединить их друг с другом, чтобы выполнение заданий клана проходило более эффективно. Поэтому он не сразу заметил, как его сын ввязался в драку с одним из гостей. Постепенно обычная мальчишеская свалка переросла в настоящую магическую дуэль. Прикрикнув на расшалившихся юнцов, мужчина раскидал их в разные стороны и не спеша спустился к месту происшествия. Музыка стихла, гости столпились вокруг парней, ожидая продолжения.
- Что здесь происходит? – властно поинтересовался Хоробор. – Кажется, мы собрались здесь для укрепления связей, а не наоборот. Бореслав, объяснись.
Парень хмуро посмотрел на отца, но ничего не ответил. Хоробор повернулся к сопернику сына.
- А ты что скажешь, Акамир?
И этот юнец не пожелал объясняться. Что ж, хотя бы не стучат друг на друга, уже хорошо. Но их нужно наказать, чтобы больше никому не захотелось портить общий праздник.
- Значит, так, - стальным голосом произнес колдун. – Вы оба отправляетесь по разным комнатам и в полном одиночестве проводите весь вечер. Акамир, родители заберут тебя, когда соберутся домой. Сидите и думайте о своем поведении.
- Пожалуйста, не наказывайте их, - раздался вдруг в звонкой тишине чуть хрипловатый девичий голос. – Это я виновата, что они подрались.
Хоробор и гости удивленно посмотрели в ту сторону, откуда слышался голос. Девушка, обратившаяся к главе клана, сделала несколько шагов вперед. Роскошные волосы цвета спелых каштанов были распущены и завиты, темные глаза лукаво поблескивали из-под аккуратных бровей. Юная колдунья, по виду ровесница Бореслава, расправила складки изящного голубого платья и смело посмотрела на Хоробора.
- Они подошли ко мне одновременно и пригласили на танец, - снова заговорила она. – Я растерялась, не зная, кого выбрать, и они, видимо, захотели решить вопрос по-своему. Простите, что невольно стала причиной драки.
Хоробор усмехнулся. Несмотря на скромность, сквозившую в ее словах, тон девчушки был совершенно далек от слов. Она наслаждалась всеобщим вниманием, поэтому говорила спокойно и даже как будто насмешливо. Какая интересная штучка, чья она?