– Но, Грэй, цель, с которой я искал тебя, более прозаичная. Я обсуждаю ирландский вопрос с Сейлсбери и пришел просить тебя присоединиться к нам в клубе… если твоя добрая госпожа разрешит это досадное вмешательство долга.
Грэй сильно подозревал, что ирландский вопрос сэр Дэвид использовал как прикрытие, чтобы не упоминать фактическую тему этого вечера и столь многих прошлых: вопрос о белом рабстве. Он с сожалением посмотрел на свою жену:
– Я должен пойти, но поскольку сэр Дэвид в качестве компенсации за то, что прервал мои вечерние развлечения, отвезет меня в своей карете, а потом привезет в Брандт Хаус, я оставлю нашу вам, леди Юфимии и Дру.
– Конечно, мой мальчик, – согласился сияющий улыбкой сэр Дэвид. – Конечно, я подвезу тебя.
Лиз грациозно кивнула Грэю в знак согласия и улыбнулась сэру Дэвиду. У нее не было и не могло быть возможности поступить иначе.
Лиз, уставшая после очередного занятого дня и длинного вечера в гостях, чувствовала, как тяжелеют веки, пока Анни ритмичными движениями расчесывала щеткой ее густую рыжую гриву. В городе было темно, но в деревне петухи скоро уже начнут приветствовать наступление новой зари.
– Сегодня в комнате для слуг в Кимбал Хаус я услышала интересную сплетню о неких событиях, которые привели к «происшествию» с вашим экипажем после бала у Кардингтонов.
Яркие голубые глаза тотчас широко раскрылись, сонливость слетела при неожиданной новости о том, что не могло не волновать Лиз. Как было принято, Анни вместе с женщиной, служившей Юфимии и Дру, отправилась вслед за Лиз в служебной карете. Лиз не сомневалась, что Анни расспрашивала конюха, с которым встречалась, как и обещала, но до сих пор она не заговаривала на эту тему.
– Что говорили? – тихо спросила Лиз, пропуская тактичные любезности, чтобы поскорее услышать новость. Она знала, что Анни извинит ее за это.
– Мистера Эллисона позвал мистер Битон, кучер, который привез вас, приемную племянницу и кузена герцога в Лондон. Он просил помочь успокоить лошадь, не привыкшую к городской толчее. Присматривать за каретой оставили одного лакея, но его завлекли в трактир, распить по пинте горького, лакеи трех других господ.
– Мы знаем, у каких господ служат лакеи, «завлекшие» Стеббинза в трактир?
– Да. – Анни обеспокоено подняла голову. – Но сначала, мэм, я должна убедить вас, что Стеббинз – хороший человек, он работает усердно и никогда не сделал бы ничего, что могло навредить хозяину.
Лиз понимала, ее служанка боится, что такое серьезное сообщение может навлечь беду на коллегу-слугу.
– Ты оказала мне чудесную услугу, Анни. – Она подбадривающе улыбнулась: – Я не забуду этого. И не допущу, чтобы из-за того, о чем ты мне рассказала, у Стеббинза были неприятности.
Анни, сдерживавшая дыхание сама того не замечая, перевела дух:
– Это слуги маркиза Блейза, виконта Дерборна и графа Хейтона.
Светло-карие глаза встретились с бирюзовыми в зеркале, перед которым сидела Лиз, и на губах служанки расцвела гордая улыбка – теплый отсвет мрачно загнутых кверху уголков рта ее хозяйки.
– Я пыталась узнать что-либо от моего Джереми, но такого рода информация стоит работы Стеббинза, и я уверена, что он никому об этом не рассказывал ни внизу, ни в конюшне.
– Несомненно, это так, – тут же согласилась Лиз, безмолвно прося свою подругу продолжать доверять ей, когда обратилась к ней с новой просьбой: – Я собираюсь и дальше делать все, что могу, чтобы сорвать маску с преступника, стоящего за подозрительными происшествиями с моим мужем, и благодарю тебя за то, что ты помогла мне продвинуться в поисках. Теперь я хочу попросить тебя еще об одной услуге, которая может подвести меня еще ближе к истине.
Лиз видела, как светло-карие глаза разгорались возбуждением, и поняла, что выбрала правильный тон, чтобы заинтриговать любящую приключения девушку.
– Я была бы очень благодарна, если бы ты продолжала сообщать мне все интересное, что услышишь в домах людей, которых я посещаю.
Анни без всякого смущения широко улыбнулась:
– Я могла бы даже задать какие-нибудь невинные вопросы, подстрекнув хозяйских слуг и других, дожидающихся окончания визита своих хозяек, рассказывать новые полезные подробности. – Она с очевидным восторгом потерла руки: – Никогда не думала, что буду заниматься чем-то еще более интересным, чем рассказы в комиксах.
Рассеянно пригладив прекрасно подогнанный по фигуре жакет для верховой езды, Лиз пустила своего красавца гнедого в легкий галоп мимо Меморила Алберта и въехала в главную аллею для верховой езды. Был почти полдень, но все еще рано для начала традиционной утренней верховой прогулки дам из общества.
– Тимоти и я всегда благодарны тебе за то, что ты помогаешь нам видеться, особенно сейчас, когда он так занят, изучая старые протоколы, – нерешительно начала Дру, бросая искоса взгляд на красивого молодого человека, скакавшего по другую сторону Лиз. – Но почему ты настаивала на таком необычно раннем часе сегодня?
– Чтобы ничто не мешало серьезному разговору, о котором вы должны были догадаться.
Хотя Лиз скакала между ними, ни пристыженный Тимоти, ни краснеющая Дру не смотрели в ее сторону. Сначала она обратилась к последней: