— Я подумал, что он может быть в этой дурацкой студии, но его не было и там. В «церковь» он тоже не мог пойти, потому что у нее нет прямого сообщения с офисом. Есть только одна дверь, через которую он мог выйти, но она оказалась запертой на замок и на засов изнутри. Куда же он делся, а, приятель? Куда он делся?
Джек знал ответ на этот вопрос. Он молча смотрел на Рудольфа.
— Я думаю, что он дьявол, он использует какие-то потусторонние силы, чтобы спускаться в ад и подниматься обратно, — сказал Рудольф. — Я рад бы тебе помочь, но не могу. Никакие деньги не спасут меня от этого Препоганого. А теперь уходи. Будем надеяться, никто не заметил твоего отсутствия.
Но отсутствие, конечно же, заметили. Как только он вышел из дверей кухни, сзади появился Уорвик и ударил его по спине обеими руками, сцепленными в замок. Пока Джек, спотыкаясь, ковылял по опустевшему залу столовой, неизвестно откуда, словно злобный чертик из шкатулки, появился Кейси и подставил ему ногу. Джек не мог остановиться. Он зацепился одной ногой за ногу Кейси, а второй за свою собственную и рухнул вниз, раскидывая стулья. Затем он поднялся, вытирая слезы злости и стыда.
— Ты должен побыстрее убирать за собой посуду, — сказал Кейси. — Если в следующий раз будешь так медлить, получишь в сто раз больнее.
Уорвик ухмыльнулся:
— А теперь бегом наверх! Грузовики ждут одного тебя.
На следующее утро его снова разбудили в четыре часа и повели в офис Преподобного Гарднера.
Гарднер оторвал взгляд от Библии и посмотрел на Джека так, будто был искренне удивлен его появлением.
— Готовы исповедаться, Джек Паркер?
— Мне не в чем…
И снова зажигалка. Пламя, танцующее менее чем в дюйме от кончика носа.
— Говори. Где мы встречались? — Пламя еще немного приблизилось. — Я все равно вытяну это из тебя, Джек. Где? Где?!
— На Сатурне! — выкрикнул Джек. Это все, что он мог придумать. — На Уране! В метеоритном потоке! На Ио! На Ганимеде! На…
Боль, тупая и тягучая, сковала низ живота — Гек Баст просунул руку между ног Джека и сдавил ему яйца.
— А если так? — сказал Гек, широко улыбаясь. — Ты никогда раньше не испытывал такого сладостного чувства?
Джек опустился на пол, не переставая скулить.
Преподобный Гарднер медленно склонился над ним. Его лицо побледнело и стало почти бесцветным.
— В следующий раз на этом месте окажется твой друг, — тихо произнес Гарднер. — Уж с ним-то я не буду церемониться. Подумай об этом, Джек. У тебя есть время до следующего утра.
Но Джек твердо решил: к следующему утру ни его, ни Волка здесь не будет. Если остались только Долины, значит, пусть будут Долины…
…Если только получится туда попасть.
Глава 25
Волк и Джек отправляются в ад
Отправляться нужно было с первого этажа.
Джек больше думал об этом, чем о том, смогут ли они вообще перенестись в Долины. Наверное, проще было бы исчезнуть прямо из комнаты, но жалкий маленький бокс, который занимали они с Волком, располагался на третьем этаже, в сорока футах над землей. Джек не имел представления о том, как география и топография Долин соотносятся с географией и топографией Индианы, и ему совсем не улыбалась перспектива в первое же мгновение свободы сломать себе шею.
Он объяснил Волку порядок действий.
— Ты понял?
— Да, — отсутствующим голосом ответил Волк. Похоже, он ничего не слушал.
— Повтори.
— После завтрака я иду в душевую из общей комнаты. Я захожу в крайнюю кабинку. Если никто не замечает моего отсутствия, ты идешь следом. И мы возвращаемся в Долины. Все правильно, Джек?
— Правильно, — ответил он. Затем положил руку на широкое плечо Волка и крепко сжал его. Волк устало улыбнулся. Джек еще немного помедлил и добавил: — Прости. Это я втянул тебя в эту историю. Все из-за меня.
— Нет, Джек, — ласково ответил Волк. — Мы попробуем. Может быть…
Призрачная надежда зажгла свой огонек в его глазах.
— Да, — сказал Джек. — Может быть.
Джек был слишком поглощен своими мыслями и слишком напуган, чтобы есть. Но он понимал, что отказом от пищи может привлечь ненужное внимание. Поэтому упорно давился пахнущими резиной яйцами и картошкой и даже заставил себя пожевать жирный кусок бекона.
Погода наконец-то восстановилась. Прошлой ночью ударил мороз, и камни на Дальнем поле, должно быть, выглядели как частички шлака в море оплавленного пластика.
Вот уже первые тарелки понесли на кухню.
Пока Санни Зингер, Гектор Баст и Энди Уорвик наслаждаются своими персональными порциями, мальчикам разрешено посидеть в общей комнате.