— О, ты не ошиблась, был, и еще как! — Джек выпрямился, отодвинувшись от нее. — Но твою руку я поцеловал не поэтому.
Талли почувствовала, что у нее на висках выступили капельки пота.
— Хочешь знать, почему?
Талли кивнула.
— Потому, Талли, что наши пути пересекались раньше, — произнес он напряженным голосом, удивившим ее. — Потому что твоя Дженнифер не могла остановиться, рассказывая о тебе, ее нельзя было заставить замолчать, когда она начинала говорить о своей лучшей подруге Талли, которая почему-то больше не хочет дружить с ней.
Горячая волна захлестнула глаза Талли, и она почувствовала, как у нее перехватило дыхание.
— … потому что я видел, как ты танцевала в Тортилле Джека, — закончил он, и Талли захотелось закрыть лицо ладонями.
Когда, закончив обед, они вышли на улицу, их ослепило яркое солнце. Талли заморгала — весь мир показался ей размытым и нереальным, а Джек уже махал рукой какому-то своему знакомому и шагнул к нему, чтобы поздороваться. Глядя ему в спину, Талли обратила внимание, что он одет в свитер из джерси.
На Джеке был свитер из джерси и «левисы». Джинсы были выцветшими, а свитер — ярко-красного цвета — ослепительно переливался огненными полосами. Она словно впервые увидела его и поразилась тому, какое впечатление произвел на нее этот высокий широкоплечий мужчина в броском свитере. Талли почудилось, будто у нее внутри лопнула какая-то струнка, и она ощутила, как теплое, незнакомое чувство охватило ее.
Когда Джек снова подошел к ней, Талли испугалась, что ее лицо станет такого же цвета, как его свитер.
— В чем дело? — спросил Джек.
— Пойдем, — ответила Талли, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Я тороплюсь.
Талли старалась больше не смотреть на Джека, и, пока они ехали в машине, это было не так уж трудно. Она не отрываясь смотрела на дорогу, мечтая побыстрее доехать.
Джек остановил машину у входа и, повернувшись к своей спутнице, спросил:
— Как насчет завтра? Пообедаем опять вместе?
— Я не могу, — запинаясь, ответила она. — У меня срочное собеседование, я обязательно должна съездить поговорить с одной семьей. Нет, я правда не могу.
— Да верю, верю. Но ты не против как-нибудь еще раз пообедать со мной?
Она бросила на Джека быстрый взгляд. Он что, поддразнивает ее? Забавляется?
— Можно, — произнесла Талли. — Почему бы нет?
— Действительно, почему бы и нет? В четверг? — предложил он.
— Джек!
— Я так и думал.
Талли сжала губы, стараясь скрыть свое волнение, и открыла дверцу машины.
— А что, если мы снова съездим на озеро Вакеро? Тебе ведь оно понравилось? — продолжал он настойчиво.
«О Боже!» — сказала она про себя, все еще сдерживая дыхание.
— Можно. Почему бы нет?
7
Неделю спустя, в начале июля, когда Джек и Талли сидели на песке в тени развесистых ив, наблюдая за игрой солнечных бликов в листве деревьев, а Бумеранг возился возле их ног, Талли, не глядя на Джека, спросила:
— Так ты с ней приходил тогда на Техас-стрит?
Он, так же не глядя в ее сторону, ответил:
— С ней.
Чуть позже они сидели у самой воды на стволе поваленного дерева. Талли разулась и опустила ноги в воду.
— Позволь мне спросить тебя, — начала она не совсем уверенно. — Вы недолго были друзьями?
— Не слишком. Мы несколько лет играли вместе в софтбол, — ответил Джек.
— И что же случилось потом?
— Ничего не случилось, — сказал Джек, — Потом я увлекся футболом.
— И перестал играть в софтбол?
— Да. Я тогда собирался стать футболистом. Мне нужно было тренироваться.
— Конечно, — кивнула Талли.
И немного погодя спросила:
— Так вы перестали дружить?
— Нет, просто мы стали встречаться реже. Не каждое воскресенье, как это было раньше. И после школы мы уже не виделись. Я общался с людьми, которые Дженнифер не нравились. Нам было… Ну да, шестнадцать. — Джеку казалось, что он все объяснил.
Но Талли считала, что еще не получила ответа на большинство своих вопросов. Она перестала болтать ногами в воде, слезла с дерева и зашла в воду, чтобы побродить вдоль берега.
— Скажи, пожалуйста, — спросила она, — тебе никогда не приходило в голову, что она помешалась на тебе?
— Нет, по крайней мере, до последнего времени. Я, как и ты, ничего не знал.
— Лично я не имела понятия о твоем существовании до того самого сентября, нашего последнего школьного года.
Джек как-то странно посмотрел на нее. Талли не могла подобрать слово — как-то… как-то… печально?