Стараясь не выдавать своего присутствия, Дана замерла возле штабеля ящиков с оборудованием, доставленным несколько часов назад и еще даже не распакованным. Попадаться сталкерам на глаза девушка не хотела — в лучшем случае придется выслушивать насмешки в свой адрес, а Дане такое отношение категорически не нравилось. Вот только тот, что с гитарой, упомянул Алекса, перед тем, как начал петь. Никаких сомнений — Стрелок, Алекс, Воробей и Змей застряли по ту сторону Барьера. Дана не получала от брата вестей, и потому хотела узнать о его судьбе.
— Я их не выбирал — они решили сами,
Когда спросили, с кем в разведку им идти.
Я ухожу в разведку с мудаками –
Они на букву «М» сплошные чудаки!
Девушка невольно улыбнулась — столько откровенно театральной боли и безысходности сталкер вкладывал в песню, что можно было бы и поаплодировать.
— Чудаки, чудаки, чудаки, отчего же вы все мудаки?!
Война не любит чудаков, а я — мудаков.
Я не люблю мудаков!* –
как-то особо эмоционально закончил сталкер и отложил гитару. — Вот точно про тех ребят, с которыми меня как-то угораздило в Темную Долину пойти… Это еще до того было, как я вас со Стрелком встретил. Компания та еще была, вроде, все передохли еще до войны группировок.
— Естественный отбор, — невесело усмехнулся второй. Дане показалось, что он явно старше «певца». — Кто-то говорит, что войну группировок тогда спровоцировали мы. Вернее, наша дурость. Да ладно, — он потянулся, как-то странно дернулся и зашипел от боли. — И без нас бы перегрызлись. Зона в плане населения — это ведь все равно что банка с пауками.
— Смотря где и у кого, — пожал плечами певец. — Да и мы… могли мы знать, что едва не сунули нос в делишки говнюка, который теперь собирается поиметь всю Зону?
— Этот Рок, про которого ты говорил? Откуда эти ребята с Болот про него узнали?
— Торговля информацией и все такое… Впрочем, большую часть я узнал от Стрелка и Алекса перед тем, как те ушли за Выжигатель. Попросили меня еще присмотреть немного за двумя людьми тут, на Янтаре.
Старший сталкер насторожился.
— Какими людьми?
— За доктором Рэгландом — ты ведь его уже наверняка видел? Седой негр в очках.
— Видел, даже говорил несколько раз. Причем он здесь и кто второй человек?
— Вот в этом-то и вся соль, — «певец» хрустнул сложенными в замок пальцами. — Второй человек — сестрица Мерсера. Она тоже что-то знает, и здесь под видом лаборантки.
— Сестра Мерсера, — медленно повторил второй, — уж не та ли барышня, которая последнюю пару минут подслушивает вон за теми коробками?
Щеки Даны вспыхнули, но девушка не стала отнекиваться или продолжать изображать статую, а медленно подошла к костру.
— Я услышала, что вы говорили о моем брате, — несколько сконфуженно произнесла она. — Хотела узнать, что с ним сейчас.
— Да ты не стесняйся, подруга, — «певец» панибратски хлопнул ее по плечу, а затем кивнул на бревно. — Спрашивай давай, нечего прятаться за ящиками. Я Клык, — сталкер дружелюбно улыбнулся.
Теперь Дана могла рассмотреть обоих вблизи. Тот, что назвался Клыком — среднего роста и среднего же сложения, с остриженными коротким «ежиком» рыжеватыми волосами. Ему явно было за тридцать. Черты лица правильные, на лбу уже заметно наметились морщины. Левую бровь пересекал неаккуратный шрам, переходящий на лоб и теряющийся под волосами. Второму сталкеру, пожалуй, было лет сорок или чуть больше, а ростом он был выше Клыка, пожалуй, на голову. Лицо вытянутое, скуластое, щеки чуть впалые — было в этих чертах что-то хищное. Черные с проседью волосы, карие глаза. Вот только бледность казалась неестественной, да и сидел он, опираясь на стену мобильного склада. Должно быть, он был болен или ранен. Или же просто сильно устал.
— Призрак, — представился он, прерывая мысли Даны. Та в ответ кивнула:
— Дана Мерсер.
— Наслышаны, — кивнул Клык. — Смелая ты девчушка. Мое уважение.
Где-то за стеной лагеря на болоте что-то гулко ухнуло — видимо, кадавр или снорк угодил в аномалию. Обычное дело.
— А что мне еще оставалось делать?! — девушка уставилась на Клыка почти с возмущением. — Это мой брат, и я не могла оставить все как есть! Значит, — она резко переменила тон на нейтральный, устыдившись своей вспышки, — ты знаешь Алекса? И он просил за мной присмотреть?
— Вроде того, — кивнул Клык. — Так что за заварушка с Роком? Ребята успели только рассказать, что он протянул свои загребущие лапы в Зону…
— Да, — почему-то Дана была уверена, что с этими людьми можно и разоткровенничаться. — Но для начала — где Алекс? Что с ним? Он жив?
— Даст Зона, что да, — ответил Призрак. — Понимаешь ли, барышня, нас этот вопрос интересует в первую очередь потому, что с твоим братом отправился наш друг. Ты знаешь, зачем они отправились за Барьер?
Дана удивленно округлила глаза.
— За Барьер?! Он говорил, что идет помочь знакомым на Барьере!
Сталкеры понимающе переглянулись. Клык подкинул еще сушняка в огонь и хмыкнул:
— Ну, не стал бы наш мутаген рассказывать сестре, что, возможно, идет умирать? — он вновь сцепил пальцы в замок. — Эти четверо отправились за Армейские склады с единственной целью — отключить Выжигатель Мозгов. И отключили, как видишь.
— А далее налетели военные, — продолжил за друга Призрак. — Судя по всему, сейчас за Барьером идут бои.
Дана закусила губу. Неужели… Неужели Алекса больше нет? Она уже так устала бояться, она ведь уже смирилась с тем, что брат мертв, но вновь обрела его… Нет, только не теперь, не снова!
— У них были все шансы смыться под шумок, пока погоны сцепились с сектантами, — заметил Клык. — Я успел им отправить предупреждение, а дальше все помехами заглушили. А теперь — он серьезно посмотрел Дане в глаза, — что за история с Роком? Мы, увы, знаем слишком мало. Впрочем, ты можешь не говорить, если не веришь — ведь ты нас видишь в первый раз.
— Нет, — девушка медленно покачала головой. — Я расскажу.
Окраина Припяти
— Что ж вы, козлы сектантские, такие нищеброды? — сокрушался Змей, обшаривая рюкзак и подсумки одного из убитых монолитовцев. Да, запасы сектанта оказались небогаты — патроны, подошедшие только к «счастливому» стволу Меченого, немного еды и прочей мелочевки. Хотя Воробей вон нашел в пробитом в двух местах рюкзаке другого трупа отличный меднабор. Они торопились: других способов пополнить припасы пока что не предвиделось, а убираться стоило как можно скорее: шум перестрелки наверняка привлек ненужное внимание.
Мародерство грехом не считалось. Может, моралисты по ту сторону Периметра и осудили бы сию широко распространенную среди сталкеров практику, в Зоне-то прекрасно знали: одна обойма, один перевязочный пакет, одна упаковка противорадиационных препаратов, даже одна лишняя банка тушенки в пиковый момент могли оказаться необходимы. А реальность — не компьютерная игра, и здесь нет возможности в случае смерти загрузиться с раннего сохранения.
Они случайно схлестнулись в гаражном кооперативе на окраине Припяти. Четверо сталкеров, шестеро монолитовцев. Двое из последних еще и заняли удачные позиции. У сектантов были все преимущества в случае атаки противника. Не рассчитали монолитовцы лишь одного: все это было бы преимуществом при столкновении с нормальными, логически мыслящими врагами, не переодетыми, к тому же, монолитовцами.
Одного из монолитовцев сняли сразу, затем маленькому отряду пришлось рассредоточиться. И одна Зона знает, сколько бы успели в этой перестрелке продержаться сталкеры, если бы не сумасбродный поступок Змея. Успевший по пути с Выжигателя разжиться артефактом «Мамины бусы», защищающим носителя от летящих в него предметов не хуже иного бронежилета, он, махнувшись стволами с Меченым, с диким воплем рванул на монолитовцев не хуже Хэна Соло в четвертом эпизоде «Звездных Войн». На несколько мгновений от такого фортеля монолитовцы опешили. Возможно, они пришли бы к выводу, что свободовец попросту спятил, но не успели: Змей отлично сработал на отвлечение. Воробей выстрелом в голову свалил замешкавшегося сектанта, пока Меченый из винтовки Змея выцеливал обозначивших свои позиции двух монолитовских стрелков. Те выдали себя, открыв огонь по свободовцу, но все, чего они достигли — слегка зацепили по касательной щеку и плечо цели. Игорь же быстро отправил сектантов к праотцам, повышибав им мозги.