Студенты боролись с ними всеми доступными средствами, и однажды, после применения какой-то особенно эффективной отравы, тараканы частью погибли, а частью сбежали. Как радовались этому глупые мальчишки! Плясали весёлый канкан, орали похабные песни, и на последние деньги купили бутылку какого-то дешёвого пойла, которую благополучно прикончили вдвоём.
Но здесь никакой живности не было. Всё чаще Анту казалось, что вместе с машиной, раздающей пищу и одежду, идут специальные люди… нет, роботы, методично уничтожающие всё живое в коридорах, чтобы не дай Бог, к узнику не пробрался ни один несчастный таракашонок, готовый разделить с ним вязкое тюремное одиночество.
Теперь бывший профессор стал ждать раздачи еды возле жёлоба, и когда раздавался звонок, начинал орать в сторону коридора страшные ругательства на многих языках, которым научился у своих студентов. Облегчал немного свою душу, и втайне мечтал о том, что кто-нибудь услышит эти ругательства, обидится на них.
Верхом счастья для узника было бы получить при очередной кормёжке письмо с требованием прекратить хулиганить и угрозами наказания за это. Или пусть бы кто-то крикнул в ответ, обозвал его распоследними словами. Самым страшным, самым изощрённым издевательством было именно это полное игнорирование его, как живого человека. Он действительно был теперь мёртв, как и записано в свидетельстве о смерти, которое он может читать и рассматривать каждый день.
Но в один прекрасный день в его камеру залетела муха. Он проснулся утром от надоедливого жужжания, а затем почувствовал на лице щекотное прикосновение невесомых лапок. Чуть было не хлопнул себя по щеке, рискуя убить или покалечить неожиданную гостью. Вовремя спохватился, убрал руку. Рывком сел на койке, расплылся в улыбке: наконец-то судьба избавила его от одиночества!
Теперь надо приручить это крылатое существо, убедить его в том, что он не представляет опасности, наоборот, будет всячески развлекать, кормить и лелеять неожиданного друга. Нашарил на столе кусочек хлеба, который всё ещё оставлял для птиц, выскреб им дно кружки с остатками вечернего чая, вновь положил на стол.
Муха пожужжала немного, покружилась над столом и опустилась невдалеке от этого куска. Подбежала к нему, обхватила лапками, стала теребить. Ант с умилением смотрел на насекомое, бормотал какие-то нежности, даже прослезился немного. Очень хотелось погладить гостью, но он понимал, что вряд ли она позволит это сделать. Тогда он осторожно положил на стол открытую ладонь и стал ждать.
Муха полетала по комнате, села на стол, покружила немного и залезла на ладонь Анта. Она стала потирать передние лапки, словно умываясь, косила на него огромные телескопические глаза. Он провозился с мухой целый день, сделал для неё крохотную кормушку из пластиковой упаковки лекарства, набил крошками от обеда, залил сладковатым чаем.
Засыпая вечером под прерывистое жужжание, улыбался во сне. А утром нашёл несчастную муху лежащей на столе лапками кверху, и не подающей признаков жизни. Значит, это оказалось правдой. Бездушные хозяева тюрьмы уничтожали всё живое в ней… кроме узников, которые и так были мертвы. Ему не дадут завести себе друзей, убьют любое существо, посмевшее нарушить запрет на общение с живыми на самом деле, но мёртвыми по закону узниками.
Какой тогда смысл в дальнейшем нелепом существовании, пародии на жизнь в бездушном вакууме, где он живёт только своим воображением? Ант Ривер, бывший профессор истории, а ныне узник камеры смертников, стал готовиться к настоящей смерти.
По зрелом размышлении он отказался от идеи вскрыть вены щипцами для ногтей или ножницами для волос. Когда-то он прочитал, что делать это надо умеючи, резать вену не поперёк, а вдоль, и желательно лёжа в тёплой ванне. Если сделать что-либо не так, то рана может затянуться, кровь перестанет вытекать, и придётся либо снова кромсать жилы тупыми ножницами, либо валяться на полу, не имея сил подняться и забинтовать истерзанные запястья.
Нет, куда лучше петля. Ему как раз выдали комплект относительно новых, крепких простыней. Если разорвать одну из них вдоль на три части, то можно сплести довольно прочную верёвку. Он весит не так много, и верёвка не должна порваться. Привязать её одним концом к трубе душа (она прочная, выдержит), на другом соорудить петлю, намылить её, встать на унитаз и спрыгнуть вниз. Да, ещё рассчитать длину, чтоб ноги не доставали до пола.