Если подготовиться правильно, вдумчиво, не спеша, дело должно закончиться быстро. Это лучше, чем гнить заживо неизвестно сколько и зачем.
Он тщательно измерил все расстояния, длину простыни и свой рост. Надо будет взять поправку на то, что импровизированная верёвка может растянуться, а также на слепой инстинкт самосохранения, который заставит его ноги тянуться к спасительному полу. Получалось, что если привязать верёвку к трубе, и оставить над петлёй совсем немного длины так, чтобы не упереться в эту трубу головой, то выходило в самый раз.
Унитаз находится чуть в стороне, когда петля затянется и он с него соскользнёт, то не сможет забраться обратно. Да, скорее всего, придётся пережить неприятные моменты, когда он начнёт задыхаться, но это надо перетерпеть. Что ж, нечего откладывать, надо совершить своё дело сегодня же ночью.
Ант сорвал простыню с койки, разметил ширину на три части. Надрезал ножницами и разодрал на ровные полоски. Стал аккуратно сплетать верёвку самым простым методом косички, завязав узел в начале плетения. Когда дошёл до конца, завязал такой же узел в конце. Старательно изготовил скользящую петлю. Привязал свободный конец к трубе душа, ещё раз прикинул все расстояния. Да, всё должно получиться, как он задумал.
Ант устало потянулся, распрямил затёкшую спину. Раздался звонок – ужин. Почему-то захотелось поесть в последний раз. А что, ведь в те времена, когда преступников реально казнили, они имели право заказать себе последний ужин.
Он вынул из лотка тарелки и кружку, сел за стол, начал есть. Внезапно навалилась усталость, и Ант подумал, что после ужина можно будет немного прилечь – он привык много спать, а сегодня днём не прилёг ни разу, и теперь организм требовал отдыха.
Ладно, он ведь сам себе и судья, и палач, петля от него никуда не уйдёт. Ант с непонятным для человека, готовящегося умереть, удовольствием доел свой ужин и растянулся на привычном ложе, прямо на голом матрасе, не раздеваясь. Сладко зевнул, и провалился в глубокий сон…
Среди ночи, не то проснувшись с тяжестью в голове, не то продолжая спать на ходу, он добрёл до унитаза, забрался на него; ватными, непослушными руками натянул на шею предварительно намыленную петлю, соскользнул вниз и забился в страшных конвульсиях. Горло сдавила неумолимая рука, он попытался скрюченными пальцами растянуть петлю, скинуть её с шеи.
Но вскоре конвульсии стали слабее, уже не ощущалась нехватка воздуха, в голове прояснилось, боль ушла. Стало тепло и даже уютно. Он открыл глаза, увидел мечущееся пятно яркого света, какие-то фигуры, похожие на людей. «Наверное, это рай, ведь не могут безвинно пострадавшего, пусть даже самоубийцу, отправить в ад! Зря я при жизни не верил в загробный мир, вот и ангелы тут, и я умер, и теперь всё будет хорошо!»
Глава 19. Непрошенное освобождение
Яркий свет слепил глаза, проникая через закрытые веки. Хотя, какие там веки? На том свете тела у людей нет, они как призраки или духи… А откуда тогда свет, и почему он так мешает? Неважно, главное теперь, что его мучения остались в прошлом. Правда, как закоренелый материалист, он думал, что со смертью всё заканчивается, никакой бестелесной души не существует, но, видимо, ошибался…
С трудом открыл глаза, но тут же прикрыл их рукой: яркое освещение казалось невыносимым, он в камере отвык от электричества, там имелся только рассеянный дневной свет. Очень похоже на светодиодную лампочку, которыми освещается жильё. Какой комфортный «загробный мир»! Всё так похоже на обычную жизнь. И ангелы говорят по-человечески, и по виду совсем, как люди – Ант уже мог немного разглядеть место, куда он прибыл. А что там говорит этот симпатичный бескрылый ангел в образе пожилого мужчины в очках?
– Мистер Ривер! Мистер Ривер! Вы пришли в себя, можете разговаривать?
«Они называют меня земным именем… И так странно ведут себя… Это совсем не похоже на рай! Тогда где я?» – мысли крутились в голове быстрым хороводом, но страшная догадка уже вползала в мозг. Господи, только не это!
***
Ант сидел в удобном кресле возле маленького столика. Перед ним стояла большая чашка настоящего, крепкого индийского чая, сливки, печенье, шоколад. В таком же кресле напротив размещался тот самый пожилой «ангел» в очках, с серьёзным волевым лицом, который представился Доктором.
Прошёл первый шок, физически Ант чувствовал себя неплохо, но морально всё ещё был подавлен, больше молчал. Говорил в основном его собеседник.
– Итак, мистер Ривер, поздравляю вас с успешным освобождением! Вы, конечно, вправе спросить, чем вызвано столь беспрецедентное нарушение закона, ведь, как вы знаете, приговорённые к высшей мере считаются умершими и никогда не выходят из своих камер. Так вот, наше правительство сильно прокололось с вашим делом. Всё получилось очень некрасиво. Первоначально ваши недоброжелатели просто хотели припугнуть вас, чтоб вы уволились и уехали из города – завести дело, потом спустить его на тормозах, а всю вину переложить на молодых идиотов. Но там вмешались другие силы, которые и закрутили карусель, не буду загружать вас лишними подробностями. Я представляю некую Корпорацию, которая захотела восстановить справедливость в этом деле, освободить невиновного человека, ну и соблюсти некие свои интересы, не собираюсь этот аспект замалчивать. Нам пришлось привести в действие кое-какие рычаги, чтобы совершить такой невиданный шаг, как освобождение из камеры смертников. Нужно было уговорить местную тюремную администрацию, доказать им, что мы действуем не сами по себе, а с согласия правительства, объяснить задачу и добиться её выполнения. Два дня вам давали с ужином подготовительные препараты, а на третий день подмешали сильное снотворное. Как только вы заснули, специальные машины, доставленные внутрь галереи, стали вскрывать стену, группа местных зашла внутрь и вынесла вас наружу. При этом они обнаружили в душевом отсеке готовую виселицу, которая, очевидно, ожидала вас. К счастью, снотворное начало действовать раньше, вы, очевидно, решили хорошенько поесть и поспать перед аутодафе. Кстати, ваш здоровый аппетит в последние дни также был связан с нашим вмешательством, чтобы вы съедали всё, что вам дают, вместе с необходимыми препаратами.