– Амига, как у тебя там дела, всё сделала?
– Пошёл ты в задницу со своей палаткой по спецзаказу и спальными местами! – входной полог отдёрнулся, и за ним показалась голова с раскрасневшимся лицом и встрёпанными волосами. – Там какое-то дерьмо непонятное, света нет, а мне вообще в туалет нужно. Ты за весь день даже не удосужился отвернуться возле кустов каких-нибудь, глаз с меня не спускал, абьюзер! Я что, прямо перед тобой должна присесть?
– Вон там кустики подходящие. Фонарик работает? Ну и хорошо. Смотреть на тебя я, конечно, не буду, но и далеко не отойду, уж извини. Это Сельва, амига, и я привык с мужиками в экспедиции ходить, говорил ведь. А у тебя опыт экспедиционный, я смотрю, в сугубо женских коллективах проходил? Ну конечно, вы же мужиков презираете, куда там…
Проводник отошёл на несколько шагов, стал вполоборота, так, чтоб откровенно не пялиться, но и следить краешком глаза. Девушка вышла из кустов, протёрла руки дезинсектором, села возле костра, всем своим видом выражая нежелание выполнять какую-либо работу.
Он присел напротив, взял миску, положил в неё дымящуюся похлёбку, несколько кусков мяса, протянул Лоре. Загрёб и себе порцию, раза в два большую, улыбнулся.
– Это я не из мужского шовинизма, просто не знаю, сколько ты ешь. Если мало, бери, сколько надо, сама. После ужина приводим себя в порядок – умываемся, чистим зубки и так далее. Я снова буду недалеко, но подглядывать не стану, обещаю. Сегодня довольно спокойно, можешь спать, раздевшись, только чтоб одежда и обувь были под рукой. Потом будет по-всякому, придётся и в полной амуниции отдыхать, так что советую пользоваться возможностью. Ночью из палатки не выходить ни под каким предлогом. Если приспичит, разбуди меня, выйдем вместе – уж таковы правила, извини.
– К чему эти все предосторожности? Ты же говорил, что Сельва меня признала?
– Во-первых, это пока не Сельва, вернее сказать – её начало, тут ещё довольно спокойно. Во-вторых, Сельва не признаёт чужих вот так сразу. Она признала, вернее, вспомнила меня, а того, кто рядом со мной просто пропустила как моего спутника… то есть, извини, спутницу. Явной угрозы не увидела, и пока мы вместе, она так и будет к тебе относиться. Но если ты останешься одна, то отреагировать Сельва может по-всякому. Так что пока держимся вместе, не отходя друг от друга.
Поели, совершили все положенные гигиенические процедуры. Гай залез в палатку вместе с Лорой, показал ей, где включается свет, и как разбираются постели. Затем вылез наружу, убрал место, где они ужинали, ещё раз осмотрел окрестности, прислушался, удовлетворённо кивнул и забрался внутрь палатки. Разделся, нырнул под одеяло, прислушался. Девушка лежала молча, не издавая ни звука – то ли спала, то ли ожидала от него какой-нибудь пакости. Хмыкнул, приподнялся на локте.
– Ну, спокойной ночи. Может, поцеловать тебя в щёчку на сон грядущий?
– Поцелуй себя в задницу, дерьмо!
– Не думаю, что смогу это сделать! – усмехнулся Гай.
– А я думаю, что тебе легче будет поцеловать себя в задницу, чем меня в щёчку, – последовал быстрый ответ.
Глава 4. В гостях у племени Уато
Ночь прошла спокойно, да и утренняя Сельва оставалась «тихой», Гай не чувствовал никакой угрозы. Вышли довольно рано: все утренние процедуры прошли без огрызаний, по-деловому, очевидно, Лора поняла, что с этим всем придётся смириться, и лучше не создавать проблем. Она даже быстро приготовила завтрак, пока Гай собирал палатку.
Он отметил такое поведение девушки как плюс в её копилку, но от комментариев воздержался.
До полуденного привала прошли довольно много, но вперёд продвинулись всего километра на три. Проводник снова петлял, отклонялся от верного направления, останавливался, слушал Сельву. После короткого отдыха заявил:
– Вот теперь начинается настоящая Сельва. Пока опасности нет, но расслабляться всё равно не стоит. А сейчас поднимемся на этот холм, и я тебе покажу кое-что.
Лора пожала плечами и неохотно поднялась вслед за Гаем на невысокий холм. Густые заросли кустарника огибали с двух сторон поляну, заросшую яркими цветами, казалось, всех оттенков радуги. Плоские тарелки с лепестками, мохнатые свечи, гроздья разноцветных шариков, колокольчики, полусферы, лианы, возносящиеся стебли – чего там только не было!
Девушка застыла в восхищении. Никакие коллекции ботанических садов не могли сравниться с этой картиной.
– Что это, откуда такая красота?
– Не знаю откуда. От Сельвы, скорее всего. А называется эта чудная полянка – Бездонная Хлябь.