Я попробовал заикнуться насчёт санитарии, но на меня ТАК посмотрели, что слова в глотке застряли. Как будто я дикую ересь сказал. Но из-за этого сам от ежедневных водных процедур не стал отказываться.
Впрочем скоро появились и результаты моей деятельности -- первые выздоравливающие. То, что моё горькое пойло быстро ставило людей на ноги, стало видно всем. И ещё через несколько дней припёрся маг.
Как ни странно, но трезвый.
Может потому, что алкогольное пойло кончилось вместе с деньгами и давно? Да и что-то его людишки местные не жаловали...
Я как раз сидел на небольшом стульчике возле здоровенного пня, что тут во дворе часто использовал как стол, и перетирал в ступке очередную порцию сушёной коры. Занятие нудное, но требующее тщательности. Поэтому я и не заметил его сразу. Думал, что это кто-то из крестьян за каким то лешим припёрся.
- Здрав будь! - произнёс кто-то рядом, да ещё сквозь зубы.
Я прервался и посмотрел на источник сего "приветствия". Маг стоял в пяти метрах от меня и с осуждением смотрел на то, чем я занят.
- Будь здрав! И да пребудет с тобой милость Неназываемого! - ответил я и вернулся к своему прерванному занятию. Краем глаза заметил, что маг слегка так удивился.
- Благодарствую. За благословение.
И снова тяжкое молчание.
Я-то понимаю, зачем он припёрся. Но начинать как-то разговор самому было лень. К тому же, в моих изысканиях на почве "математической магии", похоже, появился некий прорыв. Что-то я нащупал в этих чёртовых коэффициентах...
Поэтому, перетирая хину, я периодически бросал взгляд на уравнения, что с утречка вывел. А маг стоит как вкопанный. Причём хоть и с краю, но на моих выкладках.
- Кстати! Будь добр. Отойди слегка в сторону. Туда. - безразлично киваю я Кваю.
- ?!!
- Ты на моих письменах стоишь. - пояснил я сбитому с толку магу.
Тот бросает мимолётный взгляд под ноги...
Ему бы, да в олимпийскую сборную по прыжкам в сторону! Чемпионство за ним было бы как пить дать!
Приземлившись метрах в четырёх от того места, где стоял, он со страхом обозрел двор и как краб, боком, осторожно приблизился.
- Не бойся. Они не кусаются, - как можно безразличным тоном бросил я, хотя мне казалось, что сейчас лопну от еле сдерживаемого смеха.
- Кто? - с опаской спросил Квай. - Кто не кусается?
- Письмена, - пояснил я. - Это всего лишь вычисления.
Квай вняв моему спокойному тону слегка начал расслабляться, да я усугубил.
- Вычисления сущности корней мира.
Маг снова "сбледнул". Да так, что я уже опасаться стал, как бы он дуба не дал прямо в моём дворе. Ведь здоровья он, хоть и лекарь, был явно не богатырского. Особенно если свой организм постоянно травить всякой алкогольной дрянью сомнительного качества... Тут либо печень, либо почки, либо всё сразу откажет. Да и сердечко -- мотор хитрый. Тоже не любит длительных возлияний.
- Да ты проходи, будь гостем! Вон присаживайся на скамеечку.
Маг как-то через силу согнулся, обозначив уважение, и также бочком обогнув и письмена, и меня, проследовал к указанной скамеечке.
- Там рядом кувшинчик с компотом. - указал я ступкой. - Вкусненький. Хлебни. Полезно для здоровья... Да! И после мне сюда подай его. А то, что-то я его далеко поставил, а день жаркий.
По обычаям многих народов есть такое: если хозяин с гостем разделил пищу, значит, смертоубийств не будет. Значит хозяин на пришельца зла не держит. По крайней мере прямо сейчас и каких-нибудь кровных. Но отхлебнув вкусного компотика (Кстати сам варил! Из всяких ягод, что мне местные таскали и что сами они ели), увидев, что и я так хорошо к кувшинчику приложился, Квай слегка расслабился. Но всё равно поза у него, хоть и сидел он на скамейке, была напряжённая.
- Ты не держишь на меня зла? Не затаил обид? - наконец, после затянувшегося молчания "родил" он попеременно косясь то на меня, то на письмена в пыли.
- А зачем?!! - искренне удивился я, чем ввёл своего собеседника в замешательство.
- Какое зло ты мне успел сделать? Никакого. А если узнаю что таки сделал... Дык я не злопамятный... - Ответил я, продолжая монотонно и аккуратно перетирать хину. - Я не помню зла. Отомщу и забуду. А потом вспомню и снова отомщу....
Старая шутка моего мира произвела на мага неизгладимое впечатление. Он даже побледнел. Уже не мимолётно, а надолго. Снова покосился на мои "письмена" в пыли. Похоже он все мои слова воспринимает весьма близко к сердцу. Прямолинейно.
- Я уверяю... Никогда... Из всего уважения... - принялся заикаясь оправдываться маг.
- Ну нет, значит нет! - как можно безразличнее сказал я, хотя расхохотаться в полный голос хотелось так, что аж челюсть судорогой свело. Хорошо, что большую часть моего лица скрывал капюшон.