- Что там наверху? - пропустив мимо ушей моё предупреждение спросила Майя.
- Храм чего-то. Много надписей на стенах, много изображений жизни. Увидишь!
Майя явственно замялась. Что-то хотела сказать, но то ли стеснялась, то ли сомневалась.
- Ты что-то хотела сказать? Говори. Особенно если это важно.
- Тут... Скалы как-то нехорошо... Древняя ки...
- Нехорошо? Вредно для людей?
- Нет... - С сомнением произнесла Майя. - Но что-то тут было такое... Нехорошее. И...
- И? - поощрил я её на продолжение.
- Я боюсь! - сказала Майя и поспешила спрятать глаза.
- Чего? Вот этой магии? Или ещё чего-то? - участливо спросил я.
- Ну... - снова замялась принцесса, но потом явно пересилив себя выпалила. - Я высоты боюсь!
- Знавал я одного архивариуса, зака... Так он темноты боялся. Но это ему не мешало совершать подвиги.
- Зак архивариус?! - сильно удивилась Майя. - Э-это случайно не Чу Ни?
- Он самый! - тут же насторожился я.
- Откуда ты его знаешь Ле?
О! Меня впервые назвали по "имени", а не по "фамилии". Знаменательно.
- Нас, вместе с другими вельможами двора определили в рабы на плантациях буты в деревню Шадан Курам. Но мы вместе с ним оттуда сбежали.
У Майи немедленно зажглись глаза от любопытства. Но немедленно какая-то тень пробежала по лицу.
- Это длинная история, если ты хочешь её услышать. Так что отложим её изложение на потом. Когда залезем поглубже в те развалины наверху.
Майя как-то неопределённо помотала головой, но ничего не ответила. Посчитав что разговор окончен, я обвязал Майю верёвкой, проверил надёжность получившейся конструкции и полез обратно наверх.
Наверху я, как мог, навязал на ту верёвку ещё и схватывающий узел. Всё-таки Майя не барахло -- ронять противопоказано. Потом уселся поудобнее, упёрся ногами в скалу, перекинул верёвку через поясницу и начал тянуть.
Я тут применял старый приём, когда собственная поясница работает как эдакий рычаг. Главное тут вовремя продвинуть вперёд схватывающий узел. На каждый шаг получалось вытягивать груз сантиметров на тридцать. Медленно, но надёжно. Сейчас верёвка лежала на зализанном тысячелетним выветриванием крае гранитной скалы. Перетереться не могла. Так что всё, что только возможно в моих условиях, я предусмотрел.
Рискованно. Но оставаться на прежнем месте -- гарантированно попасться очередной облаве.
Тяну вот так, а сам думаю.
Да уж! Альпинистская техника двадцатого века, в глухом средневековье! На верёвке, хрен знает какого качества! Но надо.
И тут замечаю мелькание разноцветных тряпок среди зарослей. Далеко ещё. Но... Вот-вот эти хмыри, а я уже не сомневался, что это азимбовцы, вывалятся в русло ручья и увидят нас. Да и Майя там, за перегибом чего-то то ли мычать, то ли возражать вздумала.
Я чертыхнулся и принялся тянуть с удвоенной силой.
Азимбовцы, как я видел, свернули с прежнего курса и пошли в обход небольшого обрыва, что там был. Не захотели идти напрямик. Хотя там можно было. Тем не менее, стоит им обойти...
Наконец из-за края обрыва показалась голова Майи. Глаза её были плотно зажмурены и из них текли слёзы. На плечевой повязке выступила кровь. Видно на последнем этапе она каким-то образом приложилась своим раненым плечом о скалу. Как её там так развернуло... уже не время выяснять.
Я выдернул её наверх, не развязывая узлов схватил её за шиворот и пригибаясь потащил за камни. Туда, где ни с какой стороны её бы не было видно. А ведь её одежда ну очень выделяющаяся!
И тут полил дождь. Как обычно: сначала лёгкий перестук капель, а потом... как водопад.
Я быстро сдёрнул свои верёвочные конструкции с крайних камней и закинул их в щель между камнями что лежали поодаль. Схватил то, что выделялось из нашего барахла и также пригибаясь метнулся к потерявшей сознание Майе.
Рухнул рядом стараясь хоть как-то собой прикрыть её от дождя. А она, бедная, уже чуть не захлебнулась.
Я приблизил своё лицо к её стараясь хотя бы своим капюшоном прикрыть. И тут почувствовал жар.
У Майи был серьёзный жар. Лицо аж пылало. Но что-либо сделать...
- Тут... Близко... - услышал я её шёпот. - Близко от нас. Под нами... Маг. Восьмёрка.
Я чуть отпрянул.
Да, она слегка пришла в себя. Но глаза были шальные. Такие бывают у серьёзно больных людей, готовых вот-вот снова нырнуть в бессознательное состояние.
- Убери магию, Светлячок! Не ищи его. Он нас почувствует... - говорила она тяжело, через силу. - Представь что ты змея. Нет... Мы - две змеи. Под проливным дождём. За камнем. Две змеи...
Я осторожно обнял её, стараясь не дёргать за больную руку и прикрыть плащом. От неё отчётливо несло жаром.