Виана не задумывалась об этом раньше, а сейчас и подавно не хотела.
— Это ты — чудовище! — вскипела Виана. — Как ты можешь говорить о том, что вырвешь сердце, так хладнокровно как… как дикарь?
— А мы, Народ Степей, для вас, славных нортийцев, и есть дикари, разве не так? Дикие, первобытные… варвары. Вот что я скажу тебе, глупая и дерзкая девчонка: любой воин «дикарь» сильнее и могущественнее самого напыщенного и говорливого нортийского рыцаря.
Чья-то тень скользнула за спиной Арака и что-то блеснуло в свете факела. Послышался плеск, и Арак вдруг осознал, что он мокрый с головы до ног. Яростно рыча, он повернулся к заставшему его врасплох человеку, державшему в руках пустую бадью.
— Может, воин-дикарь и сильнее нортийского рыцаря, зато рыцарь умнее, — произнес Волк и лукаво усмехнулся.
Виана радостно вскрикнула. Волк поднес руку к поясу и вытащил из ножен меч.
— Теперь мы в равных условиях, — сказал он, — или могущественный король дикарей боится сразиться один на один со старым, простым нортийским рыцарем без защиты своего волшебного бальзама?
Арак прищурился и кивнул, обнажив огромный обоюдоострый меч. Виана затаила дыхание.
Издав громкий воинственный клич, Арак бросился на Волка, но тот был начеку.
Клинки с грозным лязганьем скрестились. Рука Волка дрожала; его меч казался пугающе хрупким по сравнению с мечом Арака, и на мгновение показалось, что король дикарей победит, но Волк изо всех сил толкнул противника и сумел отбросить его назад.
Борьба была долгой. Арак был сильнее, и его удары оказывались сокрушительными, но Волк был проворней и ловчее, несмотря на то, что был старше. Было очевидно, что рыцарь мастерски владеет мечом: он делал обманные движения, наносил удары, защищался. Волк знал множество приемов и уловок, в то время как Арак просто махал мечом направо и налево. Однако ни знания, ни умение Волка ему не помогли бы, если хотя бы один удар Арака достиг цели. Виана заметила, что ее друг сражается без доспехов, которые давно перестал носить.
Виана затаила дыхание, когда меч Арака задел голову Волка.
— Ну уж нет, я не позволю тебе носить мое славное ухо на своей груди, — буркнул рыцарь.
— Какая мне польза от твоего трупа, нортиец? — прорычал в ответ дикарь.
Он развернулся и вытянул руку вперед, направив острие меча прямо в грудь рыцаря.
Волк увернулся… но не слишком быстро.
Меч вонзился в грудь старого графа Монтеферро по самую рукоять, и тот упал на плиты тронного зала.
Виана горестно вскрикнула. Она до самой последней минуты надеялась, что Волк окажется победителем в бою, уже заранее казавшимся неравным. Девушка не могла поверить, что Арак его убил, что история сурового и саркастичного рыцаря завершится подобным образом… Она хотела бежать ему на помощь, но Ури крепко держал ее.
— Пусти меня… пусти… — всхлипывала Виана, пытаясь вырваться из рук юноши и не сводя глаз с безжизненного лица Волка, — я должна пойти туда… Волк…
— Ты была крепко привязана к этому старику, верно? — равнодушно спросил Арак, вытирая кровь с меча о кожаные штаны. — Я его знаю: он со своими людьми бился с нами у подножья Белых Гор, а сейчас возглавлял мятежников, уничтоживших мои запасы сока.
Виана его не слушала. Она все так же пристально смотрела на тело Волка, а потому первой заметила, что его ресницы дрогнули, и едва не вскрикнула от изумления.
— Все кончено, — заключил Арак, отвернувшись от Волка. — Смирись, девчонка, ты потеряла…
Договорить Арак не успел. Волк бесшумно вскочил и всадил свой смертоносный меч между лопаток дикаря.
Виана никогда не забудет искаженного от изумления и боли грубого лица короля дикарей.
Он еще сумел, пошатываясь, повернуться к Волку лицом, когда тот выдернул меч из его спины.
— Как… — недоуменно пробормотал Арак, пока жизнь покидала его тело.
— Я говорил тебе, что нортийский рыцарь всегда окажется умней любого дикаря, — Волк покачал головой. — Или ты думал, что я подожгу бочки, не намазавшись сначала соком?
Ловким движением он снова пронзил Арака своим мечом.
Узурпатор дернулся в последний раз и рухнул на пол как подкошенный.
Больше он не шевелился.
Наконец-то Виана могла вздохнуть спокойно.
— Волк… Волк, как ты это сделал?.. Я считала… ты говорил… что это будет бой в равных условиях…
Волк хищно улыбнулся, живо напомнив Виане о звере, давшем ему прозвище.
— Я соврал, — коротко ответил он. — Двадцать лет изгнания, борьбы с дикарями, негодяями и бандитами научили меня кое-каким вещам, которые кодекс рыцарской чести упускает из виду.