— Тебе следовало убить эту предательскую крысу, — проворчал Волк, — хотя ты поднесла нож так близко, что запросто могла бы отрезать ему я…
— Давай без подробностей, — прервала собеседника Виана.
— Ладно, думаю, их у него и так нет, — продолжал разглагольствовать Волк. — Он потерял их в день вторжения дикарей.
— Я не хочу и дальше говорить об этом, благодарю покорно.
К большому облегчению Вианы, Волк перестал рассуждать о предательских крысах и мужских достоинствах. Он также не стал отчитывать ученицу за возвращение в хижину, хотя это было опасно. Кажется, концовка встречи с Робианом оправдала девушку в его глазах. Виана догадалась, что Волк счел такой поступок с ее стороны окончательным разрывом всех романтических связей с Робианом.
Но для нее самой все было не так просто и понятно. Она еще злилась на Робиана и не жалела, что выставила его в смешном виде перед слугой, но, с другой стороны, не могла не размышлять о причинах, толкнувших его на предательство, и пыталась встать на его место. «Если бы мой отец сдался дикарям, как это сделал Робиан, — думала Виана, — меня не выдали бы замуж за Олдара, так что матери и сестре с ним гораздо спокойнее».
Виана не хотела, чтобы Волк заметил, какая сумятица у нее в голове, а потому сосредоточенно шагала за своим спутником, более не возвращаясь к мыслям о бывшем женихе.
Перед тем как направиться к лагерю, Волк умело запутал след, сделав огромный крюк и оставив на пути ложные следы.
До стоянки они добрались ближе к ночи.
— Со всей этой заварухой мы ничего не принесли к ужину, — сокрушался Волк. — Вот увидишь, Альда нам за это все уши прожужжит.
Но никто не упрекнул Волка и Виану за то, что они явились с пустыми руками. Все собрались у костра и с таким упоением слушали какого-то рассказчика, что даже не заметили их прихода.
— Что тут происходит? Охотников больше не встречают как надо? — шутливо посетовал Волк и осекся, узнав сгорбившегося у костра человека.
Когда тот, опершись на узкий посох, поднял голову и пристально посмотрел на пришедших, сердце Вианы отчаянно забилось.
Это был менестрель Оки.
Девушка не видела его с той праздничной ночи зимнего солнцестояния, когда он рассказал удивительную легенду о Дремучем Лесе. И никто не слышал о нем с тех самых пор, а потому его нежданное появление в лагере было очень странным.
Волк, похоже, тоже задумался об этом.
«Какого черта он сюда пришел?» — вопросил он.
Ответа у Вианы не было, и она промолчала. Оба направились к костру, и Виана с удивлением заметила, что ее спутник идет вперед с излишней осторожностью. Оки рассказывал какую-то историю, и даже Волк испытывал безмерное уважение к чудаковатому сказителю.
Они уселись у костра и вместе с остальными унеслись куда-то, очарованные магией слов.
Ночь напролет Оки рассказывал легенды, читал на память длинные былины и пел прекрасные баллады о любви. Все забыли про сон и про еду, хотя вино и пиво лились рекой, чтобы старый менестрель мог промочить горло.
Когда же на заре первые солнечные лучи окрасили ночную тьму причудливым светом, Оки встал и сообщил, что должен уходить.
Люди наперебой уговаривали его остаться, но он наотрез отказался.
Виана продолжала сидеть, задумавшись о рассказанных ночью легендах… и о нерассказанной.
Когда менестрель уже покидал поляну, девушка вскочила и побежала за ним.
— Учитель Оки, — окликнула она менестреля, гадая, правильно ли к нему обратилась.
Сказитель обернулся и в упор посмотрел на нее своими черными, проницательными глазками. Замечаний он не сделал, и Виана решила, что Оки готов ее выслушать.
— Я думала, — неуверенно начала она и, немного помолчав, продолжила, — я думала о легенде, которую вы рассказали на последнем празднике солнцестояния, на обеде при дворе короля Радиса.
Виана замолчала, давая Оки возможность сказать что-нибудь о вторжении дикарей или конце королевской династии, ежегодно принимавшей его в своем замке, но тот ничего не говорил, просто ждал продолжения.
— Речь о легенде про родник вечной молодости, — пояснила Виана, — который, возможно, скрыт в чащобе Дремучего Леса.
— Так гласит легенда, — спокойно ответил Оки. — И что же?
Виана нервно сглотнула.
— Я знаю, что могу показаться глупой, но… я хотела бы знать, есть ли доля правды в вашей легенде?
Оки сердито покачал головой и пошел прочь, не сказав ни слова. Виана догадалась, что обидела менестреля, но не понимала, чем.