Пройдя еще чуть-чуть вперед, Ури повел ее вверх по склону оврага, поросшему молодыми деревцами. Забравшись на вершину, Виана вдруг остановилась.
До этого она замечала повисшую в воздухе странную, тяжелую тишину, но теперь уловила неясный звук, словно кто-то играл в унисон на свирели и флейте.
Девушка растерянно огляделась.
Она стояла на широкой, поросшей деревьями, поляне. Торчавшие из мшистой земли корни переплетались в плотную сеть, связывавшую деревья воедино. Стволы частично покрывала красноватая, чешуйчатая кора, словно деревья сбрасывали кожу. Гордо вздымавшиеся ввысь ветви тоже переплетались друг с другом. А листья…
Виана изумленно вскрикнула.
Листья этих деревьев были столь огромны, что даже самый маленький из них без труда закрыл бы лицо человека, как маска. Все они были развернуты в разные стороны, некоторые из них скручивались в трубочку, а прочие образовывали диковинные спирали. Понаблюдав за листьями, Виана с удивлением отметила, что они медленно и плавно движутся, хотя ветра не было.
Виана могла бы поклясться, что деревья свободно поворачивают листья, как танцор кружится под музыку. Только музыку они играли сами. Воздух свистел в листьях, а деревья заставляли их звенеть, как колокольчики, или сворачивали в трубку, чтобы они звучали как маленькие флейты, или потряхивали и крутили их под необычайно чудесную мелодию. Этот завораживающий хор не отпускал Виану до тех пор, пока она не поняла, что происходит.
Нигде и никогда ветер не пел так красиво. Это пели деревья. Виана заморгала, но подступившие к глазам слезы покатились по щекам. Девушка опустилась на землю и почувствовала дрожь корней. Она не могла сказать, сколько времени сидела, слушая пение деревьев. Казалось, в этой музыке говорилось обо всем, что происходило под небом — от подземных глубин до самых высоких облаков. Деревья пели о дожде, о земле, о ветре и солнце. Музыка проникала в душу и на крыльях уносила ввысь, туда, где рождаются звезды.
А тем временем феи танцевали и танцевали под пение деревьев, опьяненные пленительной мелодией.
Когда листья деревьев, наконец, замерли, Виана пробудилась от сна. Поняв, что жутко проголодалась, она задумалась, сколько времени провела здесь, слушая пение деревьев. В памяти всплыли истории о заблудившихся в Дремучем Лесу странниках, угодивших в ловушку чарующих фей и на века оставшихся околдованными. Девушка в ужасе посмотрела на свои руки, боясь увидеть их морщинистыми, как у старухи. Но все было таким же, как всегда.
И тут она увидела, что рядом с ней сидит заметно взволнованный Ури.
— Здесь, Виана, — охрипшим от возбуждения голосом сказал он. — Это мой дом.
Девушка во все глаза смотрела, как поднявшийся с земли одним прыжком Ури переходил от дерева к дереву, ласково поглаживая стволы, словно здоровался со старыми друзьями.
Виана встала и пошла за ним, в тень поющих деревьев, которые, казалось, наклонили к ней свои ветви, словно желая сказать: «Добро пожаловать в наши края».
Она догнала Ури довольно быстро. Юноша стоял возле дерева, которое было чуть больше остальных. Вначале Виана подумала, что оно не из тех, что глубоко запали в ее душу, но, подойдя поближе, поняла свою ошибку: это было одно из поющих деревьев… только мертвое. На нем не осталось листьев, ствол высох и потерял свой изумительный красноватый цвет, став пепельно-серым. Кроме того, Виана с ужасом обнаружила глубоко врезавшуюся в кору зарубку от удара топора. Пальцы Ури пробегали по зарубке, словно желая исцелить дерево своим чудесным прикосновением. Глаза юноши наполнились слезами.
— Кто это сделал? — шепотом спросила Виана, почему-то не решаясь говорить в этом месте громко.
— Они, — коротко ответил Ури, но девушка содрогнулась от ужаса, сразу поняв, что речь идет о дикарях. Кто еще из людей мог наброситься на столь удивительное дерево?
Ури и Виана пошли дальше, встречая тут и там мертвые деревья; на каждом стволе виднелись ужасные отметины, словно кто-то хотел срубить дерево, но сделал это лишь наполовину. Виана недоумевала, зачем кому-то понадобилось оставлять такие зарубки.
Вскоре всё стало ясно. Ури испуганно вскрикнул и бросился к одному из самых больших деревьев. Виана побежала за ним и застыла с открытым ртом и бешено бьющимся сердцем.
Дерево было живо… пока. Кто-то сделал на его стволе такую же зарубку, от которой погибли остальные деревья. Струйка беловатого сока медленно стекала по стволу в стоявшую на земле бадью.