Ури прижал палец к губам девушки, заставив ее замолчать.
— Ты ничего не понимаешь, — сказал он, печально глядя на нее. — Я не такой, как ты думаешь.
— Ладно, это правда, что мы знаем друг друга всего ничего, но мне это неважно, понимаешь? Я знала Робиана с детства, и смотри, что из этого вышло…
Ури покачал головой.
— Я люблю тебя, Виана, — в отчаянии воскликнул он, — но я не могу. Не должен. Если ты все узнаешь… ты меня разлюбишь.
— То, что ты скрываешь от меня не может быть столь ужасным, Ури, что бы это ни было, — прошептала Виана, и ее глаза наполнились слезами. — Ты хороший. Ты очень хороший, я это знаю, я вижу. Я всегда буду любить тебя, что бы ни случилось. Но почему?..
Виана не успела задать вопрос, потому что снаружи послышался шум, и Ури встревожено поднялся.
— Что там такое? — пробормотала Виана, поднося руку к поясу, где висел охотничий нож.
В дверях конюшни появились конюх и трактирщик, а следом за ними, к ужасу Вианы, вошли и дикари. Девушка быстро вскочила на ноги, ища способ выбраться отсюда, но единственный выход был перекрыт дикарями.
— Они здесь, ваше величество, — произнес трактирщик, ткнув пальцем в сторону Ури и Вианы.
— Величество? — переспросила Виана и ужаснулась.
— Именно так должны называть меня мои подданные, — послышался спокойный голос Арака, короля дикарей. — И ты — одна из них, хотя упрямо считаешь себя выше моей власти.
Дикари расступились перед своим владыкой, и тот вошел в конюшню, не обращая внимания на грязь и вонь. Виана попятилась, держа нож наготове. Она понимала, что проиграла. Виана метнула гневный взгляд на предателя-конюха и тут заметила другого человека, вошедшего вслед за Араком: колдуна. Девушка задрожала, поняв, что не ошиблась: как она и предполагала, этот человек узнал их и сообщил Араку, что они в городе. С глубокой ненавистью Виана смотрела на колдуна, но тот и бровью не повел, впившись глазами в стоявшего рядом с ней Ури.
— Взять обоих! — коротко приказал Арак.
— Подожди! — отчаянно кричала Виана, сражаясь с дикарями, пытавшимися ее схватить. — Я понимаю, у тебя на меня зуб, но Ури ничего плохого не сделал! Отпусти его!..
— Ури? — переспросил колдун и, повернувшись к Виане, посмотрел на нее весело блестящими глазами. — Значит, так ты называешь это существо? Забавно… — с грубым, гортанным акцентом произнес он.
Виана продолжала бороться, хотя и понимала, что ничего не сможет сделать. В эту минуту она тревожилась больше за Ури, чем за себя. Дикари оттащили юношу от нее и поволокли к ногам колдуна и узурпатора нортийского трона.
— Ури не существо, а человек, — гневно выкрикнула девушка. — Хватит пялиться на него, как на мешок золота.
Колдун расхохотался, и от его едкого, сухого смеха у Вианы волосы встали дыбом.
— Значит, ты не знаешь…
— Не знает, — с ликующей усмешкой подтвердил Арак. — Ты ведь не совершила глупость, влюбившись в него, да? Что сказал бы наш уважаемый Робиан, узнав, что его прекрасная невеста пала так низко?
— Я больше не его невеста, — выпалила Виана, кипя от гнева. — И ты меня не собьешь с толку. Я знаю об Ури все, что только можно.
Это было неправдой, и все об этом знали. Виана старалась выглядеть невозмутимой, но на самом деле она была в смятении. Ури действительно скрывал от нее что-то очень важное, но она не желала смириться с тем, что дикари узнали эту тайну раньше.
Арак и колдун снова рассмеялись.
— Неужели? — Арак вытащил из-за пояса кинжал. — Кажется, пришло время избавить тебя от ошибки.
Он полоснул ножом по руке Ури. Юноша вскрикнул, и Виана испуганно закричала вместе с ним.
— Не трогай его!
Сердце девушки обливалось кровью, и в эту минуту она ясно поняла, как сильно любит Ури.
— Не трогай его, — повторила она и всхлипнула, — я сделаю все… все, что ты хочешь…
«Даже выйду замуж за другого мерзкого и неотесанного дикаря… — неожиданно для себя подумала Виана. — Все, что угодно, лишь бы Ури был на свободе, цел и невредим. Лишь бы снова увидеть улыбку на его необычном лице».
— С чего ты взяла, что это из-за тебя, — презрительно хмыкнул Арак. — Ты всего лишь дерзкая женщина, которая не знает свое место.
Виана смотрела на Арака, ничего не понимая. Колдун наклонился к дрожащему как лист Ури и осмотрел рану.
— Хотя, надо признать, что для женщины ты очень храбрая, — продолжал король дикарей и заслуживаешь того, чтобы знать правду. Завтра на закате тебя казнят на главной площади. На глазах у всех, кто захочет прийти, чтобы посмотреть, как ты умрешь. Твоя участь послужит уроком всем, кто осмелится противиться моей власти.