С Гудди Фил и начал свой бизнес. Поработав на дядю, оба поняли, это не дело. Они чужие денежки приумножают, процент с этого получает компания, а им достаются одни объедки с барских столов.
— Ты, Пасли, самый башковитый в нашей шарашке, но выше начальника отдела не поднимешься! — сокрушался Гудди. — Я же на должности менеджера в креативном отделе буду прозябать до конца дней своих. Никто нам не даст расправить крылья.
— К чему ты клонишь?
— Давай свое что-нибудь замутим!
— Давай. Что?
— Ты у нас башка, придумывай.
— Я бы продолжил заниматься инвестициями. Сейчас такое время, когда, рискнув, можно сорвать большой куш. Но крупные компании, типа нашей, осторожничают.
— Чтобы не потерять деньги клиентов и не прогореть на выплатах страховки пострадавшим.
— А если наплевать на это?
— Было бы здорово, но… Это противозаконно! Так ведь?
— Ага, — беспечно подтвердил Фил. — Но если нашими клиентами будут те люди, которые захотят приумножить незаконно добытые денежки? Никто из них, потеряв их, в суд не сунется.
— С бандитами связываться — себе дороже!
— Нет, ты не понял. Мы откроем компанию, где будем помогать людям вкладывать средства на законных основаниях, но предлагать ВИП-клиентам допуслуги. Предупреждать о рисках, но сулить бешеные дивиденды, которые облагаться налогом не будут, а выводить мы их станем через кипрские офшоры.
— А мы станем? Я просто ничего в этом не понимаю.
— Как и те богатые буратины, что согласятся на эти допуслуги. Мало кто в наше время разбирается в криптовалюте.
— В чем?
— О биткоинах слышал?
— Не-е-ет, — растерянно протянул Гудди.
— Они сейчас стоят копейки, но вырастут в десятки, а то и сотни раз. Нужно время. Если клиенту не терпится, мы отдадим ему даже не копейки — гроши. Потому что курс упал (якобы), и нужно было ждать. Что останется клиенту? Довольствоваться малым. В суд он, как участник незаконных финансовых операций, не пойдет.
— Да, он придет к нам в офис с ружьем и всех перестреляет.
— Не в кого будет стрелять. Мы съедем. Точнее, вы: ты, глава компании, и работники офиса. А я все это время вообще в другом месте сидеть буду.
— И сколько мы сможем заработать?
— Миллионы долларов. Но для того, чтобы все замутить, нужно где-то найти хотя бы лям деревянных.
— Это нужно ждать, когда дед мой преставится, а он намерен всех нас пережить.
— Давай Дохлю в долю возьмем, — предложил Фил.
Дохлей их университетского кореша прозвали за невероятную худобу.
— Чтоб он все к рукам прибрал? Нет уж! И место директора ты мне обещал. Кредит можно взять.
— Кто нам такую сумму даст?
Помолчали.
— Пасли, а это правда, что ты можешь любой замок вскрыть? — встрепенулся Гудди.
— Нет, — мгновенно ответил Фил.
— А кто тачки угонял?
— Я вскрыл одну. И о том, что она краденая, мне не сказали. Больше я таким не занимаюсь.
— Но навык не утратил?
— Ты меня на преступление подбиваешь?
— Я тебя? А не ты ли планируешь людей на миллионы кидать?
— Постараемся никого не кидать. Если получится честная игра, я буду только рад. И мы не у бабушек последние гроши отбирать будем, не на больных детях наживаться, а срезать жирок с боков раздутых от нечестных доходов тюленей. Мухлевать, а не грабить.
— И за это присесть можно.
— Я напишу такую программу, которая сотрет все улики за считаные минуты. Даже если нас прищучат, ничего не докажут. А когда я буду замок взламывать, меня обычный участковый может за руку поймать.
— Тебе всего лишь нужно сейф открыть.
— Мы идем грабить банк? Как в кино? — Фил представил себе эту картину и рассмеялся. Комедия же!
— У деда моего, как ты знаешь, куча денег…
— Деда грабить? Еще лучше! — и осуждающе покачал головой.
— Мы позаимствуем эти деньги, и только. Они все равно нам, внукам, достанутся. Пока я у деда в милости, сбережения делятся поровну, на четыре части. Так что в сейфе, считай, лежит полтора моих миллиона. Это по нынешнему курсу.
— Откуда у твоего деда столько бабла? Он же обычный пенсионер.