сказала: – Не вижу ничего, не вижу, можно мне воды? Пожалуйста, ребята! – Ни один человек в комнате не пошевелился. Дети сидели, кто-то улыбался, кто-то просто не слышал, девочки болтали между собой, и никто не обращал внимания на Элину. Мимо гостиной в столовую как раз шёл Гриша. Шёл тихо, хоть он и знал, что хозяйки не будет, но не хотелось привлекать лишнее внимание. Увидев сидящую за роялем незнакомую бледную девочку, ему стало интересно, что тут происходит: кто она и что пытается изобразить. Присмотревшись, он увидел, что Элечка дрожит и без звуков говорит. Гриша догадался, что скорее всего ей плохо и с громким возгласом ворвался в гостиную: – Эээ, ну вы чё, не видите, ей плохо, животные! Услышав и увидев Гришу, вся группировка малолетних беспризорников подорвалась и начала хором валить отмазки: «Да мы не видели, мы не поняли». Кто-то сказал: «Я только пришёл». Кто во что горазд, тот то и говорил. Гриша взял Элину за руку так нежно, что она даже не почувствовала, что кто-то взял ее руку. – Девочка, что с тобой? Эля не слышала ни слова – она слышала только стук своего сердца. Заметив, что над нею справа нависла тень, она повернула голову и увидела симпатичного молодого человека, он открывал рот, что-то говоря ей, но она не могла услышать. Гриша обернулся на детей и громко крикнул: – Воды принесли, и порезче! Вся гильдия резко сорвалась за водой. Гриша в этот момент взял Элю со стула и положил на половик, потому что по сравнению с полом половик был более-менее чистым. – Так, девочка, смотри на меня и не закрывай глаза. Гриша понятия не имел, что делать, но щупать пульс Эли даже и не нужно было, – прикоснувшись к ее руке, можно было почувствовать, что ее сердце не бьётся, а буквально разрывается. – Что же с тобой, малая? Успокаивайся давай, неужели ты так переволновалась? – тихо приговаривая, держал Элину руку Гриша. Казалось бы, ничего не могло растопить жестокое сердце Гриши, но закравшееся уже тогда чувство любви стало творить с ним необыкновенные вещи. – Вот и вода! – в комнату забежал мальчишка и подал Грише стакан воды. Гриша аккуратно приподнял головку девушки и положил себе на колено, после чего поднес стакан к бледным и сухим губам Элины. – Пей, девочка, пей, – приговаривал Григорий. Маленькими глотками Эля неспеша стала пить. – Во, молодец, девочка, пей потихоньку. Гриша заметил, что Эля начинает давиться и убрал стакан. – Так, тихо, полежи тут немного, – сняв с колена голову Элины, сказал Гриша. Он сидел рядом и смотрел за состоянием Эли, она на глазах приходила в себя и бледные губы снова наливались краской. – Да ты красотка, – сказал Гриша. Это Элечка услышала. – Спасибо, вам, – тихим голосом сказала Элечка. – За что спасибо? Ты и правда красивая. – Да нет, я не за это благодарю, – поднимаясь с пола сказала Элина, – а за то, что помогли мне. – Да, я бы сказал, что спас вам жизнь, ахах, – поднимаясь, с улыбкой сказал Григорий. – Возможно, вы правы и спасли мне жизнь, я благодарна Богу за то, что Он послал вас. – Да вы что, а я думаю, что благодарить нужно только меня, и я хочу поцелуя, – не скрывая своих желаний, уверено сказал Гриша. – Да как вы смеете? – удивленно смотря на наглеца очумелыми глазами, произнесла Элина. – Это где же слыхано быть таким наглым? Я вам благодарна, но целовать я вас не буду, понятно? – Хорошо, девушка, хорошо. В этом нет проблемы, не целуйте, – равнодушно сказал Гриша. – Правда? – с глазами, полными надежды, спросила Элина – Конечно, да, – в ответ сказал Гриша и неожиданно для Элины поцеловал ее так быстро, что она не успела отреагировать. Поцелуй длился секунды три, а для Элины пронеслась вечность. Она даже не успела открыть глаза, когда моргнула до поцелуя, – так и осталась стоять с закрытыми. А Гриша уже успел выйти из гостиной, улыбаясь. Эля же просто стояла и не могла пошевелиться. Хорошо, что за всем этим наблюдал один лишь мальчик лет восьми, он улыбнулся и вышел из комнаты, бормоча под нос: «Жених и невеста». Или что-то в этом роде. Эля стояла и не могла двинуться с места, её сердечко недоумевало, ведь такого с нею еще не случалось. Она открыла глаза и, на её удивление, никого не было рядом, она даже позабыла, что ей было плохо. «Так, на сегодня с меня этого места достаточно, да и вообще больше сюда не вернусь!» – подумала Элина и топнула ножкой по старому паркету. Эля схватила сумочку и поспешила на выход. – Уже уходишь?! – послышался уже знакомый спокойный голос Григория. Он стоял в проходе и жевал свой бутерброд. – А я вот пришёл тебя послушать! Элину вывели из себя его слова и сам Гриша в целом, она пригрозила ему кулаком, не ответив ни слова, и двинулась в сторону выхода. Гриша снова улыбнулся и крикнул ей вслед: – Тебя завтра ждать? Но в ответ послышалась лишь сонная тишина старого и никому ненужного приюта. Эля же быстрыми короткими шажками дошла до будки Анатолия, бурча под нос: «Как он посмел, бесстыдник, нахал, поцеловать меня, зачем? Что за неприятная личность! Его манеры отвратительны!» Анатолий сидел в будке, заварил свой обычный быстрый завтрак, достал пачку сигарет из униформы, вытащил сигарету и только поднёс ко рту, как резкий громкий стук, словно весенний гром, обрушился на его будку. От испуга он выронил сигарету в утренний суп. – Да что же это такое?! – возгласил Анатолий, посмотрев грустными глазами в суп. – Кто там? – грубо ответил он на стук по будке. – Извините, пожалуйста, не могли бы вы вызвать мне такси? Анатолий узнал этот голос, ведь именно он загубил его утренний кофе. – Девушка, а вы сами не можете? – выкидывая суп в мусорное ведёрко, произнес Анатолий. – Да, действительно. Не подумала, – сказала Эля. Анатолий, надев свою жилетку поверх униформы, вышел на улицу. – Ладно, я вызову. – Анатолий не смог оказать столь миловидной девушке, кажется, она растопила не только сердце Гриши, но ещё и охранника. – Спасибо вам огромное, вы очень добры. -Хорошо-хорошо, а почему вы так рано? Неужели так быстро отыграли? – Можно и так сказать, – медленно, опустив глаза ответила Эля. – Понятно, завтра вас ждать? – Да ни за что в жизни! – чуть ли не крича, сказала девочка. Анатолий улыбнулся и тихо сказал: – Ожидайте пару минут, сейчас приедет. – Еще раз спасибо, – смущённо произнесла Эля. Анатолий зашёл в будку, а Эле всё еще было стыдно за то, что повысила голос, разговаривая с этим приятным джентльменом. Такси подъехало, и Эля быстро уселась, но почему-то не могла оторвать глаз от приюта. Маленькие и никому не нужные детки заставили ее сердце обливаться кровью, ведь она понимала, что, может быть, в дальнейшем она сможет хотя бы некоторым из них помочь обрести смысл жизни, найти свой истинный путь – поверить в Бога. «Может быть, я неправа, нужно было остаться и доиграть и так и не начатый номер?» Но нет – все мысли о том, что она недостойно поступила, а также чувство стыда притупляла одна мысль о поступке этого незнакомого мальчика. – Он даже не знал моего имени, – удивлённым голосом сказала вслух Элина, находясь в машине. Таксист даже вздрогнул, посмотрев на Элину через зеркало заднего вида. Гриша в этот момент поднимался на чердак и думал о Эле. Он думал, как она могла ему так быстро понравиться? «Да, было бы неплохо увидеть ее еще раз, а может, два, можно было бы познакомиться, – это отличный вариант, я по-любому ей понравился!» – самоуверенно думал Гриша. «Хотя нет, скоро в армию, да и плюс она выглядит как принцесса, а я куда ей – босота. Нужно просто перебороть чувства, да и уйти спокойно в армию, после, может, квартиру дадут, да и книги писать начну». – Вот такая вот у Григория была мечта. Да, именно писатель, не бизнесмен, не архитектор, не лётчик с космонавтом, а именно писатель, просто писатель. А может быть, вообще кем угодно: сегодня летчиком, а завтра президентом, – куда только не заведёт его воображение. Гриша обычно перед сном записывал все, что происходило с ним за день. Конечно, чаще всего все было однообразно, но сегодня он посвятит этой незнакомке очень много строк в дневнике своей жизни. Эля, в свою очередь, почти так же проведет этот вечер, только не записывая, что с нею стряслось, а жалуясь абсолютно каждому на поступок этого парнишки. Начала она свой повествовательный процесс, как только расплатилась с таксистом. Под самый пик страстей попал бомж Николай, – Эля говорила с ним до полудня. Николай в тот день напился, это произошло после встречи с покровительницей. Следом была мама – ей досталось не так сильно. Мама даже обронила фразу: – Он что, тебе понравился?! На что Элина ещё три часа доказывала маме, что такое по природе своей невозможно. Эля до вечера приговаривала, что не поедет больше в приют даже под страхом смерти. Перед тем, как лечь спать этим вечером, Эля один раз улыбнулась, вспомнив момент поцелуя, но не заметила этого, а тихо уснула. Гриша уснул, также улыбнувшись, описывая прекрасные черты лица сегодняшней виновницы его торжества.