- И кто же будет этим подопытным мышем? Может, твою коллегу попросим?
- Нет, Машу не надо.
- Боишься, что не сработает?
- Стопроцентной гарантии нет.
- Значит, я должен пожертвовать еще одним человеком? Если Емельянова никто не бросился искать, это совсем не значит, что другие такие же, как он, одинокие. По-другому никак?
Леонид отрицательно мотнул головой.
- Ладно. Когда можно начинать эксперимент? – спросил Закипелов.
- Хоть сейчас, Николай Францович.
- Хорошо. Я подумаю, кого можно отправить.
Часть первая. Глава 7
Закипелов вновь вернулся к себе. Он встал у стены-окна, вперив взгляд в живописную панораму горного хребта, и принялся обдумывать сложившуюся ситуацию.
Конечно же, рисковать Марией – плохая идея. Достаточно того, что Куропаткин исчез. Плюс его дети. Пропажа детей стала сюрпризом: Мария в то утро ничего о них не сказала. В итоге вырисовывалась не совсем радостная картина: пропало три человека, которых ищет полиция, и один, которого, слава богу, никто еще не ищет. А сейчас для проверки нужен еще один доброволец, желательно такой, кого никто не хватится в случае провала эксперимента. Кого же взять?
Зазвонил телефон. Закипелов поднес трубку к уху.
- Да, Александр Георгиевич… И вам приятного дня. Излучатель запустили. Тут выяснились кое-какие обстоятельства, связанные с возвращением обратно. Для их проверки необходимо провести эксперимент… Нет, его пока не нашли. Сами понимаете, что пока не наладим гарантированный путь назад, лезть туда опасно… Да, буду держать вас в курсе.
Босс отключился. Закипелов перевел дыхание. Если бы не потребность в крупных деньгах, он вряд ли бы стал связываться с этим всемогущим Александром Георгиевичем. Но оказанную помощь надо отрабатывать. Ладно, черт с ним. Пусть Босс решает свои задачи, а он – Николай, будет решать свои. Одно другому не мешает. Наоборот, поддержка сверху позволяет ускорить процесс.
Так, кого же отправить? Лыскина? Он молод и сноровист. Но недавно женился. Случись что, жена в покое не оставит. Может, Коробелова? Он всю жизнь один, никому не нужен, никто о нем не спохватится. Одно плохо – любит выпить. Ну и ладно, кто не любит? Если ему не давать, то все будет в норме. Правда, говорят, он может пронести спиртное куда угодно, хоть на космический корабль. Кого тогда? Добролюбова? Он давно уже служит. Не молод, замкнут в себе. Друзей нет. Семьи? Вроде тоже нет. Поговаривали, была когда-то, но развелся.
Закипелов ткнул мышкой в экран. Покрутил списки. Выбрал нужную фамилию. Вот. Егор Добролюбов. Бывший десантник. Парень, что надо. Голубые глаза как у арийца. Закипелов нажал кнопку селектора.
– Иваныч? Добролюбов сегодня работает? Отправь ко мне.
Через несколько минут высокий широкоплечий детина, выглядевший гораздо моложе своих сорока пяти, в зеленоватой пятнистой униформе предстал перед Закипеловым.
- Слушаю вас.
- Егор, тебе предстоит выполнить одно простое и в то же время рискованное задание, - Закипелов подошел ближе, разглядывая мощную фигуру охранника.
- В чем риск?
- Ты можешь не вернуться.
- То есть риск для жизни? – одна бровь чуть приподнялась на неподвижном лице Егора.
- Не совсем. Тебе нужно будет перейти по созданному нашими друзьями-учеными каналу в другой мир. После перехода канал будет закрыт. У тебя с собой будет прибор, по которому ученые хотят найти тебя и вновь открыть канал. Если у них получится, ты вернешься назад.
- А если нет? – глаза Егора смотрели прямо, упираясь во взгляд Закипелова.
- Значит, будем считать, что эксперимент не удался.
Они несколько секунд играли в гляделки, не желая уступать друг другу.
- У меня есть возможность отказаться?
- Нет, Егор. Это задание – приказ. Но я считаю нужным предупредить тебя о возможных рисках, - Закипелов все же отвел взгляд.
- Когда нужно приступить?
- Эксперимент проведем завтра. Я вызову тебя.
Егор развернулся на каблуках, блеснув начищенными берцами, и чеканя по-военному шаг, вышел из кабинета.
Несмотря на то, что у Закипелова был собственный дом, он частенько оставался на ночь здесь, что полностью исключало трату времени на дорогу. Да и сама обстановка резиденции ему нравилась больше, чем опостылевшее домашнее одиночество. К кабинету примыкала жилая комната, снабженная всем необходимым. Ее окна выходили все на ту же гряду с соснами. Николай любил подолгу созерцать горный пейзаж, навевающий умиротворение. В эту ночь он также никуда не поехал. Переодевшись в пижаму, приготовил чай и расположился в мягком кресле напротив окна.