Наверное, клубы пара не только скрывали предметы за пределами кабинки, но и глушили звуки. То, что она уже не одна, девушка почувствовала лишь по прикосновению к разгоряченной коже прохладного воздуха.
Марк повернулся, чтобы закрыть дверь душа, и Мелина невольно бросила взгляд на его широкую спину и бугры твердых мышц. Она сглотнула и попятилась к стене.
- Какая же ты упрямая малышка, Меллис (5). – Он покачал головой, а она прикусила губу.
Он часто называл так ее до свадьбы. И никогда после.
- Я не хочу быть твоей женой, Марк. – Она попыталась сказать это как можно тверже, но изо рта вырвалось лишь какое-то жалкое блеянье. – Я хочу развестись.
- Уже слышал.
Он взял губку и мягко провел ею по ее телу от ключиц до живота. Этим плавным движением он часто начинал свою прелюдию к сексу, и тело Мелины отреагировало предсказуемо. Она быстро заслонила грудь руками, тщательно прикрывая заострившиеся соски. Единственное, чего она этим добилась – его ленивой усмешки в ответ.
- Я больше не люблю тебя!
- Я знаю.
Его голос слегка охрип, но лицо оставалось под контролем. Мужчина полностью сосредоточился на губке и ароматной мыльной пене.
- Я не собираюсь с тобой спать!
Она не заметила, в какой момент он сменил губку на свою руку. Теперь его пальцы ласково скользили по всему ее телу, разнося мыло от подмышек и болезненно чувствительной груди к животу и бедрам… и между бедер. Марк легко развернул ее спиной и плотно прижал к своей груди. Его ладонь лодочкой скользнула под лобок, большой палец зацепил чувствительную точку, отчего Мелина выгнулась и застонала.
Ответом был его тихий смех над ухом:
- А твое тело другого мнения. И мое тоже.
Его невысказанное мнение недвусмысленно упиралось ей в ягодицы, и девушка даже приподнялась на цыпочки. Марк дышал тяжело и хрипло, уже не скрывая желания.
- Просто скажи, что ты хочешь, Меллис моя… моя… просто попроси.
- Пожалуйста…
Он прижал ее спиной к стене, подхватил под колени и посмотрел прямо в расширенные от желания зрачки:
- Вот видишь, как все просто. Я мужчина, ты моя женщина. Ты просто должна… - Он надавил на ее вход, готовый вот-вот ворваться внутрь, - дать… мне… - он откинул голову и прикрыл глаза.
И тут же получил короткий хук маленьким кулачком в челюсть.
- Пусти меня! – Мелина, зажмурив глаза, месила воздух кулаками, не заботясь, куда достигнет ее удар. – Пусти!
Ошеломленный, он отступил и разжал руки. Он впервые видел такое проявление ярости у своей маленькой послушной жены. Лишившись поддержки, ее тело скользнуло по стене вниз, и вот она уже сидела на полу, прижав колени к груди и обхватив голову обеими руками. Ее плечи тряслись от рыданий, смешанных с кашлем, от попавшей в рот воды.
Внезапно поток сверху прекратился, и Милена подняла голову. Перед ней стоял Марк, полностью одетый и с полотенцем в руках.
- Вода уже остыла, - тихо сказал он. – Ты замерзнешь. Ты уже час здесь сидишь.
Она моргала, как сова на свету. Тело продолжало дрожать. Действительно, холодно. Он замотал ее в махровую простыню и поднял на руки. Умышленно или случайно, он крепко притиснул ее к груди, и Милена почувствовала исходящее от его большого тела тепло. Силы для сопротивления иссякли, и она просто позволила отнести себя на кровать и тщательно вытереть. Марк отбросил мокрое полотенце в сторону, и она снова сжалась от желания прикрыться. Мужчина огляделся по сторонам, затем что-то сообразив, быстро стянул с себя майку и накинул ее на Мелину, как сачок на бабочку.
Тепло и знакомый запах успокаивали. Девушка легла на кровать и потянула на себя покрывало.
- Подожди, не засыпай, - попросил Марк и вышел из комнаты.
Вернулся он через пару минут с домашней аптечкой.
- Ты разбила костяшки. – Сосредоточенно хмурясь, он рассматривал ее руки. – Неправильно дерешься. – И неожиданно добавил: - Потом научу.
Мелине хотелось сказать, что не будет никакого «потом», но остатки упорства, видимо, смыло холодным душем. Жжение в сбитых пальцах успокаивалось. Эта римская мазь, действительно была хорошим средством. Наконец Марк заклеил ссадину у нее на запястье пластырем и поставил аптечку на прикроватный столик.
Не снимая штанов, он лег на кровать у нее за спиной и подтянул ее напряженное тело ближе к себе. Его ровное дыхание, мерное биение сердца, постепенно успокоили ее.
Войны между ними не будет, подумала Мелина. Затем закрыла глаза и заснула.