И вот тут, после её слов, я по - настоящему заволновалась. Тётю Надю я знала с детства. Она была очень решительноой и прямолинейной женщиной. И если про Дикий двор она рассказала маме, то значит и милиция об этом знает. Что, если у ребят возникнут проблемы из - за Вити?
- Ох... - только и сказала я. - Держи меня в курсе. Надеюсь, что скоро его найдут.
- Я тоже!
Мама пошла на кухню разогревать ужин, а я направилась в свою комнату. Мне нужно было подумать. А подумать было о чем : о Лёше, о его друзьях, о милиции, о Вите наконец. Было понятно, что о происшествии с бывшим соседом нужно кому - то рассказать. Но кому? Идти в милицию я не собиралась, так как с трудом представляла что они и вправду смогут помочь, и не знала ни одного своего сверстника, который мог бы добровольной поделиться с милиционером какой - нибудь полезной информацией. Никто никому не доверял : ни они нам, ни мы им. Вариант с родителями я даже не рассматривала. Он был еще хуже, чем первый. Значит оставались подруги и Лёша. Разумом я понимала что для моих откровений лучше всего подходила Аня, но мое сердце было с этим не согласно. К тому же я точно не знала общается ли она еще с Лешей или нет, а способствовать таким образом их сближению я не собиралась. Не в первый раз моя нерешительность встала мне боком, так как по сути я ни о ком ничего нет знала. По итогу размышлений выходило так, что рассказать обо всём мне придётся самому Леше, причём лично. Только от осознания того, что мне предстоит, уже становилось страшно, но гораздо страшнее было стать причиной ещё большей беды. Как это не было пародоксально, но Витина судьба меня волновала меньше Лешиной.
После ужина я вышла на балкон. Солнце уже скрылось за домами, но было еще светло. На двор опускались сумерки, и детвора начала потихоньку разбредаться по домам. Я очень сильно волновалась по поводу предстоящего разговора, не знала как себя успокоить, и проторчала на балконе добрых пол часа, пытаясь настороиться на нужный лад, но так и не смогла усмирить ни гулко стучащее сердце, ни дрожь в руках. В итоге я достала за панелью шкафчика припрятаную пачку сигарет, приселв на корточки и сделала несколько затяжек. Курить я откровенно не любила, но само ощущение того что я курю, позволяло мне в такие минуты чувствовать себя более значимой и взрослой, чем я себя ощущала на самом деле. Тянуть дальше не было смысла и потушив окурок я направилась к телефону, который находился в прихожей. То что меня подслушает кто - нибудь из родных, я не боялась. Мама смотрела в зале телевизор, папа мылся в душе, а брата не было дома. Идеальное время для разговора. Я села на пол, набрала номер Леши, который уже выучила наизусть и стала слушать гудки.
- Да, - раздалось в трубке.
Это был он. В горле у меня мгновенно пересохло.
- Привет, -пролепетала я. - Это Аня... Не та Аня, другая.
- Ну привет, другая Аня, - в голосе Леши сквозило явное веселье.
Он меня узнал, но я была бы радовалась этому гоаздо больше, чем сейчас, если бы не легкий налет пренебрежения, который я почувствовала в его тоне.
- Привет, - снова сказала я и тотчас внутренне себя одернула.
Голова просто - напросто отказывалась работать. Я замолчала. Лёша тоже молчал. Отступать было некуда.
- Я это... Я звоню по поводу Вити. Ты слышал, что он пропал?
- Да, слышал.
Мне показалось что Леша искренне удивился моему вопросу. Возможно он ожидал услышать от меня что - то другое, но явно не историю про Витю. Надеюсь что я его не разочаровала.
- Так вот... Я видела как его заталкивали в машину.Л
Лёша присвистнул.
- Неожиданно. Давай выкладывй подробности.
Я принялась торопливо рассказывать ему все что видела, стараясь ничего не упустить. Лёша выспросил у меня все детали происшествия. Я описала машину, на которой увезли Витю, бандитов, поделилась последними цифрами автомобильного номера. Меня окрыляло то, что эти сведения его явно заинтересовали. Это означало что я не зря позвонила, и что эта информация и вправду важна для Леши .
- Вот что, - сказал он в конце разговора. - Диктуй мне свой номер. Может быть понадобится твоя помощь. Я тебе позвоню. Лады?
Я чуть было не сказала "лады" в ответ, но вовремя спохватилась.
- Да. Конечно. Хорошо.
Я продиктовала Лёше свой домашний телефон, не веря своему счастью.
- Ты молодец. Хорошо что позвонила. Аня дала тебе мой номер?
- Ну да... - растерялась я.
- Всё, пока.
Я ответила "пока" когда Лёша уже положил трубку.
В последующие дни мне было чем заняться. Я бесконечно прокручивала в голове наш с Лешей разговор и ждала от него звонка. На фоне внутренней эйфории, даже волнения по поводу предстоящих экзаменов отошли для меня на второй план.