- Ага, - Рудольф понимающе прищелкнул языком. - Вот оно в чем дело. Значитца, втихомолку шныряем по владениям приплюснутых союзничков?
- Король Белег нам не союзник.
- Но и не враг. Так, серединка на половинку. В открытую гадить пока не осмеливается. Правда, и деньжатами на спасение мира от Скверны тоже делиться не спешит, так то его законное право.
- А законное право Инквизиции, как полагают леди Хиира и монна Пентагаст, вкупе с командором Калленом и госпожой Жозефиной - наведаться в сии забытые богами и людьми места. На предмет изысканий ценностей, брошенных законными владельцами. Стало быть, перешедших в категорию выморочного имущества.
- Каковое отойдет тому, кто первым наложит загребущую лапу. То бишь осенит благодетельной дланью всемудрейшей Инквизиции. Ой, как у вас все сложно и запутано, - перебил сам себя Рудольф. - Я всего-навсего простой Серый Страж, наукам не обучен, интриг ваших не разумею. Всю жизнь мотаюсь по глухим лесам да вонючим подземельям, скоро совсем одичаю. Вижу порождение Тьмы - рублю нахрен, вижу лежащее без присмотра золотишко - прибираю, чтоб не пропало зря. Ни одно из этих простых и незамысловатых правил меня никогда не подводило. Пока не связался тут с одним шибко умным беглым магиком, печати Усмирения давно не нюхавшим...
- Шагай-шагай, - на развилке уплывшие вперед рукотворные звезды, словно подхваченные неосязаемым ветерком, дружной стайкой втянулись в левое ответвление. - Не отвлекайся. Наступишь генлоку на скользкий хвост и что ты ему скажешь - извини, дружище, трепал языком, тебя не приметил?
- Нет у генлоков никакого хвоста. Это я тебе как профессиональный ведьмак и охотник на чудовищ говорю.
Неведомо сколько лет назад неизвестный мастер двергского народа взял лист превосходно выделанного пергамента, раствор дубовых орешков, смешанных с вытяжкой глубинной каракатицы и приправленных каплями лириума - и начертал карту покинутого тейга Гейдрун.
За прошедшие столетия некоторые области совершенно вытерлись с чертежа и не поддавались восстановлению даже с помощью чар. Вмешательством природных сил изменилась и конфигурация многоуровневых, бесконечно перетекающих одна в другую пещер. Некоторые коридоры и туннели обрушились, другие возникли сами собой, с помощью текущей воды и подземного пламени. Там, где былые штольни завершались тупиками, теперь тянулись узкие, опасные шкуродеры. Часть пещер оказалась затоплена, у входа в другие смердели кучки гарлочьего помета - и Рудольф наотрез отказался соваться внутрь и меряться силой с порождениями Мрака. Йонге предпочел довериться здравомыслию и опытности напарника, не искушая судьбу. Может, они одолеют свору гарлоков - а может, и нет. Время пока позволяет не лезть на рожон, а спокойно искать обходные пути.
Лепившаяся к краю бездонной, дышавшей холодом пропасти тропа втиснулась в узкую расщелину. Традиционно шагавший впереди Страж застрял, зацепившись перекрестьем висевшего за плечом меча за каменные выступы, и зашипел не хуже атакующего вурдалака.
- Вспомогательного пинка? - заботливо спросил Йонге.
- Катись ты...
- С удовольствием, но твоя бронированная туша преграждает дорогу. Шагов через десять должна быть пробита лестница или что-то вроде того.
- В прошлый раз ты тоже обещал лестницу, а это оказались трещины в граните, - огрызнулся Рудольф. - Я ноготь сломал, между прочим. И ни хрена не вижу, твои звездочки погасли.
- Разве тебя не ведет по жизни безупречное чутье Серого Стража и безошибочное внутреннее зрение?
- Меня ведет древнее как мир справедливое стремление вырезать под корень всех магиков. Все беды Тедаса происходят исключительно от вашего злокозненного племени и вашего стремления тыкать грязными пальцами в основы мироздания.
- И Златой Град что, тоже мы? - искренне возмутился за коллег по цеху Йонге, обновляя заклинание.
- Кто ж еще, если не вы?
- Древние магистры Тевинтера, конечно.
- Ты еще скажи, якобы они не были шайкой предприимчивых колдунов, решивших тайком заглянуть в спальню к Создателю.
- Сие теологической науке доподлинно неизвестно...
- Ступеньки, - удовлетворенно пропыхтел Рудольф. - В натуре ступеньки.
Он устремился вверх и беззлобно ругнулся, споткнувшись на выщербленном краю. Следующее ругательство на старом ферелденском прозвучало более цветисто и задумчиво.
- Что? - встрепенулся Йонге.
- Ебать мой лысый череп, дверь. Сраный гномий тайник. Что за мерзкий народец такой, спрашивается? Откуда в них это стремление на каждом шагу воткнуть отравленный стреломет или капкан с зубьями побольше?