- Да не галдите вы, изверги, тут раненые спят! - сказал подошедший санитар, молодой, кажется, из миррусовых людей.
Хорошо хоть ребята не попросили меня рассказать, как орки пытались меня допрашивать.
- Федь, слушай, а что это за девчонка тут к тебе ходит все?
- Парни… отвалите от него… - тихий, слабый голос был ужасно хриплым и еле слышным. И принадлежал он, несомненно, Борьке! – Шумите тут… как орки прям…
Ребята расступились и притихли.
- Борька! У меня всё хорошо, только бы ты… только бы с тобой… а ведь меня твой подарок спас, ты слышишь? Это Кошка меня спасла!
Я верил - и боялся поверить, что смерть прошла стороной и не забрала его...
Борька медленно повернул ко мне голову, и взгляд его окатил меня совершенно счастливым умиротворением.
- А меня – твой, - все так же тихо и трудно отозвался гном. – Твои то есть… Я ж ведь пояс твой… нашел… под матрасом… И я уже… нормально слышу… почти. Ты сам-то… как?
- Я хорошо, Бо, - ответил я, не сводя с него глаз – чтобы поверить, чтобы привыкнуть, что он живой… чтобы как-то подбодрить его на таком расстоянии – маленьком и одновременно непреодолимом. Я ведь чувствовал, что встать вот прямо сейчас не получится. – Ты же видишь! Что мне сделается?
Он смотрел на меня и улыбался. Весело, радостно, но почему-то немного тревожно.
- Был момент, когда я… - произнес он, - чувствовал твою боль… Вроде бы… Что с тобой приключилось?
- Ну… я, как последний дурак, наткнулся на орков и принял их за наших… А почему ты решил, что это была моя боль?
- Потому что я сам тогда еще ранен не был… - задумчиво отозвался он окрепшим, но все таким же шершавым голосом, мельком глянув на ребят. Те все правильно поняли и тихонько утекли в сторонку, к другим обитателям лазарета. – Опять же чью цацку я на себе таскаю? Не твою? Значит, орки, да?
Он помолчал и спросил все-таки:
- И что они с тобой сделали?
- Ну… почему-то не напоили и даже не накормили… Просто побили… ну а как же? Хотя у них гусь жареный был, представляешь?! Но я вру… напоить хотели. Потом уже.
- Просто побили? Орки? – Бо ухмыльнулся. – Ну-ну… Кошка, а ты что скажешь?
«Они очень методично спускали с него камчой шкуру», - беззвучно отозвалась Доори, которую, как оказалось, положили рядом со мной. Если бы я пошевелил рукой, то сразу бы ее нащупал…
- А ты там в театрусе что ли была? – с медленно разгорающейся яростью спросил Борька. – За каким чертом ты позволила этому случиться?
«Я растерялась…» - угрюмо призналась куг.
- Ну а что она могла бы сделать, Бо?! – вступился я. – Их четверо было… разведчиков. Ну, убили бы мы одного, и что?! Она как раз вовремя вмешалась…
Доори пришибленно молчала. Борька презрительно фыркнул, но тут же нехотя проворчал:
- Ну, хоть живым вытащила… Спасибо. Ты их запомнил, Эдан?
- Да я предпочту их забыть поскорее, Бо! – рассмеялся я. – А самому противному из них Кошка горло уже подправила…
- Ладно, забывай, - милостиво ответил Бо. – Кошка? Понятное дело, в лицо не узнаешь, но хоть что-то?
«Я помню имена!» - заискивающе сказала куг.
- Ну и..?
«Оргон… Керуг… И Цэгэн!»
- И кто из них… с камчой? – Борькин голос стал вдруг совершенно спокойным.
«Цэгэн…»
- Спасибо, Доори. Я понял. Черт, Эдан, если б я знал, сам бы с тобой пошел… для отвлечения внимания на себя хотя бы…
- Бо, ну что ты! Зачем тебе такое… мне кажется, они бы тебя вообще убили… А я… тощий, ну они и щадили меня… Бо, я дурак. Тебя так тяжело ранили, а у меня так… ерунда, мне уж вставать пора, а я валяюсь тут.
- А ты куда это так торопишься-то? – Борька заперхал, словно от пыли, и совсем сипло добавил, - голову сначала от подушки оторви самостоятельно, а то… вставать ему пора…
- Конечно, пора, просто я слабак… - подытожил я. – Вон, на тебя хочу посмотреть как следует… Пояс наконец доделать. Много всяких дел! И еще полечить тебя, хотя бы так, как я умею!
- Пояс… - Борька вдруг дернулся, ощупывая себя здоровой рукой. – Пояс! Сняли! Вот кто просил, а?!
Он помолчал, тяжело и прерывисто дыша, потом сказал:
- Я в этом поясе каждый день в бой шел… Будто ты рядом и живой… Не надо ничего доделывать, он и так хорош… пусть… главное, что ты и в самом деле живой…
- Конечно живой! – у меня вдруг перехватило горло. – Еще какой! Борь, я тебе еще сделаю. Покрасивее. Несколько штук. И я просто буду всегда рядом, в любом случае…
Он скептически хмыкнул, а потом вдруг тихо и мечтательно проговорил:
- Знаешь, я тут вдруг подумал, может, нам тебя женить да и осесть где-нибудь? Дело найдем, детишек нарожаете…
- Меня? Женить? А кому это "нам"? – фыркнул я. – Может, лучше тебя?
- Да ну, кто ж за полуорка доброй волей пойдет? – Борька рассеянно посмотрел в потолок. – А нам – это я тебя и себя имел в виду. А чего? У тебя с бабами никогда проблем не было – вспомнить хоть, как мы в Рату ездили… еле ноги унесли.
- Это мы удачно съездили, - мечтательно улыбнулся я, - а ты забыл, что к тебе там тоже кое у кого были конкретные претензии? Это кто, интересно, бедную вдовушку убеждал, какая она круглая дура, что не погнала тебя веником, и совал ей в нос свое происхождение? Бедняжка и по сей день тебя помнит, спорю на свой лук!
- Я не совал! – возмущенно воскликнул Бо. – Я честно и вежливо уведомил! Один раз, между прочим! Это она потом полчаса разорялась, что, мол: ах, какая неожиданность…
- И отказала тебе от дома? – невинно спросил я.
- Ну… нет, - проворчал он. – Не отказала. Думаю, что ей просто хотелось разнообразия.
- Ты ей понравился! – провозгласил я. – Мы, эльфы, такое видим!
Хотя я всего лишь полуэльф, и ничего такого мы не видим… Но во-первых, Бо ей и вправду нравился, по-моему. А во-вторых – так приятно было его подразнить и поговорить о всякой ерунде… Хотя осесть и жить рядом – это вам не ерунда. Это уже, братцы, серьезно! И раз он заговорил об этом, значит, помирать не собирается!
А в Рату мы вернемся. И вдовушку найдем. А если Бо не захочет, я сам найду… и приведу ее к нему!
- Вы, ушастые, вечно как увидите что-нибудь…
Бо замолчал. Слышно было, как он пыхтит, пытаясь хоть немного сменить позу…
- Эдан…
- Что, Борь? Больно? Вот тебе нужно обезболивающего… ну куда они там все пропали!
- Да меня и так им по самую маковку накачали… Просто… страшно мне, - еле слышно признался он. – Ужасно боюсь, что… это у меня такой бред. И когда он кончится, выяснится, что Ахсна пала, я в плену, а ты… а тебя нет.
- Ещё чего скажешь – меня нет! Я есть! И Ахсна есть, хоть и потрепанная… но мы восстановим! А как ты встанешь, первым делом мы с тобой на камушке посидим. Оказывается, это ради него орки перли на нашу крепость… Какой-то он особый, камень наш. Ну, тот, что возле казармы торчит, у стены! Вот откуда бы я мог узнать о цели их похода, если бы меня не было?!
Логики в моих словах не было никакой, последовательности – тоже. Зато я был абсолютно уверен в том, что говорил…
Борька снова повернулся ко мне. Вглядывался в меня долго-долго, пристально… После чего улыбнулся и сказал:
- Вот смотрю на тебя – и верю. Стоит взгляд отвести… Хотя голос тоже помогает. Расскажи лучше, как все прошло. И про орков расскажи. Попозже забудешь про них…
- Да что о них рассказывать?! – удивился я. – Орки как орки… Хотя – нет. Не совсем. Я так понял, что все они полукровки были. Поэтому я, когда перебрался на тот берег, не ждал, что могу их встретить… А они – вишь ты, как далеко зашли! Кстати, надо Комолу об этом сказать, это, наверное, важно…
- Ты разговор не уводи! – немедля приструнил меня Бо. - Как они тебя обнаружили? У них шаман был?
Я принялся рассказывать, как сам – дурак дураком! - вышел на них, сидевших у костра в наших плащах. А ведь повезло! Будь там шаман - наверное, я бы не сбежал…
Ну и остальное… кратко, без лишних деталей – и впрямь, не хватало еще раненого друга тревожить такими подробностями!