Гета слегка успокоилась – её длинная юбка-миди была из разряда почти по щиколотку и смотрелась более, чем корректно. Ну, хоть в этом повезло. Гета сделала себе мысленную зарубку сшить или купить пару-тройку платьев, длинных, а мини-юбку одеть уже дома, если получится вернуться. Или, когда получится вернуться.
- Хель, - окликнула он «названного братца», - я вроде оценила местные модные тенденции. Поехали обратно, по дороге решим, где будем обедать.
Пообедали дома, а для чаепития переместились в спальню, отведённую Гете.
- Мори можешь быть свободна до завтра.
- Да как же, мисс Гертруда. А чай вам с господином Геметрием подать и разлить, платье помочь снять перед сном опять же, а...
- Мори, выбирай, или ты сейчас же берёшь любое, какое понравиться, пирожное и убегаешь к себе, либо продолжаешь со мной спорить и уходишь без пироженки, а я рассержусь. - Ход был сделан правильно. Пирожные, за которыми Гета с Геметом съездили в «Розового единорога», дорогую кофейню, славящуюся своими десертами, пока Мори передавала умеющей всё на свете делать миссис Райли распоряжение об обеде, для служанки были непозволительной роскошью. При этом выглядели восхитительно и пахли умопомрачительно.
Мори выбрала себе кусочек торта и только ойкнула, когда хозяин подсунул ей ещё парочку крошечных пирожных и большую конфету. Гемет был доволен выбранной служанкой, ему нравилась, что весёлая, расторопная и говорливая девушка на стороне не сплетничает, и соседи понятия не имеют, что в доме происходит.
- Рассказывай, только обстоятельно, что нужно, что ты делаешь и что не получается, - Гета, приготовившись слушать и пить чай, поставила перед собой тарелочку с маленькими пирожными и рядом положила лист местной бумаги и не местную шариковую ручку.
- Рушка ооокуда? - пытаясь прожевать изрядный кусок торта спросил Гемет.
- Из сумочки, ехидно ответила девушка, одновременно откусывая маленькие кусочки пирожного и расчерчивая бумагу на графы. Она и про чай не забывала.
- Рассказываю, - доев ускоренными темпами кусок торта и запив его парой глотков вина, непонятно откуда взявшегося на сервированном исключительно для чая столике, - начал Гемет. - Только не перебивай. Мы все Фэлидэш. Мои родители с одной фамилией. Фамилия одна, а кланы разные. У нас ребёнок наследует Зверя только от одного родителя, даже если тушканчик и тигр поженятся, родится не полосатый крупный тушканчик, или там прыгающий на мощных задних лапах тигр, а просто тигр. Или тушканчик. Мелкие животные оборотней обычно гораздо крупнее, тех, что просто зверьки. Папа был мэйн-кун. Мама — манул, это дикий кот, у нас их зовут снежными дикими кошками. Обычно они серые, а белые кончики шерсти намного длинней, чем у меня. Если ветер на такую кошку дунет, кажется, что по тушке позёмка гуляет. Дикие манулы — небольшие животные, а вот оборотни - килограмм по десять-пятнадцать. Дядя, мамин брат, ещё крупнее. У отца была какая-то странная история в семье. Несколько поколений назад один из наследников клана, тогда подросток, в обороте ну, - неожиданно для Геты Гемет, никого и ничего не стесняющийся по жизни, слегка покраснел.
- Завёл котят с простой кошкой? - решила помочь девушка.
- Ну, сама понимаешь, это не запрещали, потому что в голову не пришло запрещать. У оборотней с деторождением проблемы, детей планируют и очень ждут. А тут нате вам дедушка с бабушкой, двух мышеловок. Две кошечки родились, обычные мейн-куны, только голубоглазые. Котят забрали, надеясь, что оборот произойдёт позднее. Не произошёл. Кошечек держали только в доме, на клановых землях. В большом вольере. Кормили, расчёсывали, давали поохотиться.
- Выпускали, что ли — не выдержала Гета.
- К ним мышек и мелких птичек запускали. Одна прожила двадцать лет, вторая — двадцать два. В двадцать один родила кошечку. Глава клана пообещал кастрировать отца новорожденной и сказал, что сам отвезёт на стерилизацию так сказать, четвероюродную племянницу, когда та вырастет. Забрал её, сам выкормил из пипетки, а потом она исчезла. А еще лет через пятнадцать у главы клана объявилась дочь. Не кошка. Голубоглазая. Очень хорошенькая девочка. А у нас в родне в человеческой ипостаси все или с тёмными глазами, или с зелёными.
- И что с ней стало?