Двоих, волка и росомаху, одолела нежная и хрупкая Нетти. Последнего, крупного волка, одолели Гемет и непонятно откуда взявшийся уже в виде здоровенного манула Рупрехт. Гемет на минуту перекинулся и сделал контрольный удар по затылку начавшему шевелиться перееханному Хесей единственному оставшемуся в человеческом виде первому Гетиному противнику. Потом перекинулся обратно, успев сверкнуть голым задом, и метнулся к зайке раны зализывать. По количеству вырубленных противников со счетом два в отключке, один слегка шевелится, в баталии лидировали Гета и Хеся.
Оглядев засыпанное клочками одежды поле боя, Гета нашла сюртук Гемета и его же шёлковое, и непонятно зачем одетое в тёплый день, кашне. Бросившись к росомахе, она начала быстро заматывать тем и другим обездвиженную и покрытую жутковатыми на вид рваными ранами тушку, одновременно командуя, - все в бричку. Двадцать кг росомахи я, как-нибудь, в бричку сама запихну, и на козлы сама сяду, не до этикета, быстро! – Оглянулась на зоопарк, послушно сидящий в бричке и довольно проконстатировала, — вот, всегда бы так!
Ухватила Хесю под уздцы, потом не выдержала и обняла лошадиную голову. – Умница, девочка. С меня ведро яблок и ведро моркови. Нет, лучше всю неделю по большой миске, заслужила. – Подвела бричку к начавшему шевелиться и скулить росомахе, с кряхтеньем запихнула его в повозку, прикрыла всю компанию лёгким покрывалом из корзины для пикника, приготовленной к прогулке Мори. Потом забралась на козлы, гадая шокирует она или нет местное общество, и Хеся, под её чутким руководством, повезла всех домой.
Ворота, чтобы въехать во двор, открывать не пришлось. В открытых воротах, переминаясь с ноги на ногу, и только что не подпрыгивая, их поджидала обеспокоенная Мори. Увидев одну хозяйку на козлах и белое покрывало, покрытое кое-где бурыми пятнами на дне брички, служаночка не грохнулась в обморок, как было бы три месяца назад, а шустро откинув это самое покрывало, цапнула всего перемазанного кровью Нетти, чего Мори знать в тот момент не могла, мейн-куна и потащила его в дом с криками. - Ой батюшки, барышня Гертруда, никуда вас больше одну не выпущу, разве ж так можно, оборотней цельных на вас не напасёшься!
За Мори в дом бегом на второй этаж бросился обернувшийся, и мгновенно замотавшийся в покрывало, Рупрехт с пребывающей в виде зайки Нетти на руках. На бедре зайки Гета с ужасом увидела длинную кровоточащую рану с рваными краями. На самом Рупрехте больших ран вроде бы не было, но порезов, синяков и ссадин хватало. Гете объясняли, что оборотням, чтобы восстановится нужно обернуться, иногда несколько раз, если повреждения серьёзные или многочисленные. От пореза или синяка хватало одного оборота. Но был один нюанс, очень удивлявший Гету. Повреждения лечились за оборот в зверя, потом в человека, если были получены человеком. При получении повреждений зверем, излечение удлинялось: сначала нужен был оборот в человеческую ипостась, потом в Зверя, и, затем, снова в человека. Иначе никак. Так что Рупрехт всеми не замотанными покрывалом участками тела демонстрировал подтверждение этого правила.
На шум выглянули невозмутимые супруги Райли. Мистер Райли, кивнув на слова Рупрехта, брошенные на бегу, - только самое необходимое и сразу полицию и хорошо бы полицейского врача, зафиксировать травмы у Нетти, - без кряхтенья потащил спелёнутого росомаху в крепкую кладовочку рядом с кухней. Насколько помнила Гета, там хранились всякие нужные в хозяйстве припасы: метлы, гвозди, молотки. И несколько мотков верёвки разной толщины. Миссис Райли, вооружившись шваброй, вроде бы не положенной при её положении домоправительницы, так же невозмутимо принялась ликвидировать следы крови на полу, не забыв предварительно ободряюще похлопать Гиту по руке со словами, - ну-ну, милочка. Всё хорошо будет. Сейчас закончу и сделаю кофе, с бренди.
- Ну да, - подумала Гета, до которой только начало доходить, из какой передряги они только что вырвались. – Мы тут все все, похоже, «сбренди» и без кофе.
И побежала на второй этаж, чтобы узнать, как дела у Нетти. Где наткнулась на Рупрехта, одетого в её, Гетин весёленький, в цветочек, халат, выходящего из хозяйских покоев, где проживали Гета и Нетти. Длинный и широкий для Геты халат на великане Рупрехте выглядел довольно куцым. Но не улыбаться, ни тем более смеяться по этому поводу совсем не хотелось.
- На войне, как на войне, - подумала девушка, - хорошо, хоть халат чистый, и на виду висел. А вслух спросила, - как она?
- Нормально почти. Обернулась. Рана глубокая. В ванной, среди запасов, было несколько небольших салфеток с кровеостанавливающей мазью, этого мало. Мы сверху чистое полотенце положили. Гемет там белый сидит, он сразу руки твоим лосьоном окатил. Ты говорила, что лосьон с немаленьким содержанием спирта. Гемет рану крепко прижимает сверху повязки. Сможешь перевязать? Пока, до доктора.