- Почему пока никто не видит?
- Ну, я же должен поддерживать имидж. Нахала и обормота!
- Да ну тебя, нахал и обормот, - Гета обняла «названного братца», заглянула в голубые, немного грустные глаза, - зачем тебе такой имидж? Папочка двух дочек должен быть добрым, мудрым и капельку строгим, начинай морально готовиться.
- Ничего, Нетти поможет, она конечно, ангел. Не ругается, не скандалит, при этом делает всё правильно и хорошо. Но её, как ты в школе говорила, фиг согнёшь. Я морально готов под её чутким руководством меняться в лучшую сторону, надеюсь, меняться буду не очень быстро. Ну что, вернёмся к вопросу о бумажке?
- Да ну тебя, Хель, ты чего так скачешь мыслью? То о высоких материях, то о мелком, о бумажках опять же. Погоди, о бумажках. Ты...
- Обормот, мы только что это обсудили. И необходимость духовного и морального роста тоже. Так вот, если о невысоких материях: - ты с этой бумажкой, как курица с яйцом носишься. Вчера туда-сюда с ней бегала, я заметил, что пунктов в бумажке постепенно становится всё больше. А потом ты её выронила, на лестнице. Мори нашла утром и мне принесла, видно решил дать тебе лишние минуточки поспать. Очень правильная у нас служаночка. Надо её в школу послать, а потом в Университет, учительницей она будет замечательной. Или гувернанткой. А ты нервничать прекращай, хорошо?
- Хель, я постараюсь не психовать, но нужно ехать уже.
- Не-аааа. Из Комиссии прислали вестника с сообщением, что нас сегодня с утра совсем даже не ждут. Там что-то срочное и наше заседание, ну слушание Комиссии, на которое нас пригласили, переносится аж на неделю. Зато точную дату указали. А время позволили самим выбирать, указали примерно. Так что, как будешь готова, пошли есть, потом покатаемся в экипаже, он тёплый. И Хесю с собой возьмём, с бричкой. В бричку посадим супругов Райли, пусть просто так поездят, не по делам. А дядя Руп сказал, что до ближайшие пять дней тебе запрещается делами заниматься, отдохни. А за два оставшихся до заседания дня потом успеешь и документы в очередной раз просмотреть, и пару пунктов в свою бесконечную бумаженцию вписать. В общем, у тебя куча времени. Кстати, прими ванну, просто полежи в горячей воде. Уверен, что ты обошлась душем за пять минут с четвертью, - и Гемет вышел, оставив Гете помятый и слегка замызганный листок-шпаргалку. Сверкнув любимыми трениками, экспроприированными когда-то у Геты. В качестве домашней одежды «названный братец» предпочитал комплект из клетчатой рубашки, треников и просторной куртки из мягкой шерсти, на подкладке. Куртка была сугубо домашнего удобного покроя, но всё равно с выточками и даже слегка, если не придираться, элегантной. Гету забавляло выбранное Геметом сочетание этакого домашнего сюртучка василькового цвета с вполне плебейскими земными трениками. Но комплект смотрелся, вкус у братца очень даже есть.
И паника сбежала, буквально галопом, от одного вида замызганной бумажки и слегка насмешливой Геметовой улыбки, брошенной на девушку перед уходом. Повеселевшая Гета решила использовать образовавшиеся выходные на всю катушку и, не дожидаясь помощи Мори, набрала себе ванну, вылила туда любимое ароматное мыло с запахом местной «сирени» и улеглась в неё, в ванну, разумеется. понежиться, мысленно пообещав себе, что это всего на полчаса, максимум на сорок минут.
Когда вода начала остывать, в ванную постучав, зашла Мори, - хозяйка Гертруда, господин Фелидэш просил сказать, платье, что они для вас заказамши, вы оденете на прогулку? А то карета дожидается, но только она на цельный день нанятая. Если хотите ещё в ванне полежать, я щас горячей водички добавлю и буду вас в спальне дожидаться. Одеться чтоб.
- Не нужно горячей водички, Мори. Жди меня в спальне, я выйду и одену платье. Зачем только беспокоились, у меня достаточно одежды, не спорь, Мори. Ну не нужно мне триста платьев, как местным барышням.
Поджав губы, что делала очень редко, Мори вышла, но всё-таки не удержалась и пробормотала себе под нос, - триста, может и не надо, а пятьдесят надо. А то моду взяли, штаны для барышни шить, куда это годиться-то?
- Мори, я всё слышу. А Гемет мне штаны шьёт, чтобы удобно было самооборону преподавать. Мы и тебе штаны сошьём! – после этих слов служаночка ускорилась и побежала шуршать чем-то очень важно-нужным в Гетеной спальне.
Решив не спускаться к завтраку, просто чтобы лишний раз не переодеваться, Гета выбралась из ванны, заскочила на минутку под душ, просто чтобы смыть мыло быстренько, «душной струёй», а не возится с ополаскиванием в ванне, расплёскивая воду на пол, потому как воду потом придётся вытирать Мори. Уже вытираясь, Гета вспомнила как взялась разок за швабру, чтобы затереть воду на полу. Второй день как нанятая Геметом Мори застигла хозяйку за этим, всенепременно-ужасно-не подобающим для благородной барышни занятием, и навсегда распрощавшись с помалкиванием, которым отличалась весь первый день работы в доме. Решительно отобрав не предназначенный хозяйкам предмет обихода и потом с полчаса бубнила, вроде под нос, но достаточно громко, - так нельзя же. Ну неправильно же. И работа же. И обязанности выполнять же нужно. Вот как она, Мори, денежку то за работу у хозяина Гемета брать будет, ежели евонная сестрица заместо неё пол моет.