Плохой из меня круподел получился. Не стоило заниматься не своим. Займусь клановыми делами, механикой, и производством стали. Мы новое месторождение железа разрабатываем на паях, новое сырьё – развитие производства, новая продукция. Кроме того, собираемся корабли на паровом ходу выпускать, первую же выпущенную баржу, типовую или специально построенную под ваши нужды, под ваш заказ предоставлю вам, в счёт убытков. А сейчас извините, как только мэтр л՚Эшри, освободит комнату, я, действительно, воспользуюсь возможностью освежится и переодеться, – он сделал пару шагов, остановился и, не поворачиваясь, попросил, - простите меня. Если не сейчас, то хоть когда-нибудь, хоть через десять лет. Или через тридцать. Надо же мне было вести себя больше двадцати лет как злобному идиоту!
Услышавшая последнюю фразу Гета споткнулась, но была поддержана надёжной рукой мэтра л՚Эшри. Он ободряюще накрыл руку девушки, за которую невозмутимо «словил» её пару секунд назад, второй, свободной рукой. Потом этой рукой откуда-то, похоже из воздуха, достал белоснежный, отделанный узкой кружевной полоской платок из тончайшего льна, с белоснежной же монограммой, и невозмутимо протянул его Гете. И Гета послушно промокнула белоснежным чудом полоски, прочерченные слезинками на щеках, подумав про себя, что такой платок, как произведение искусства, впору не по назначению использовать, а в музее выставлять. Но вытереть совсем глаза не получилось, девушка почувствовала ещё одно прикосновение к руке, очень лёгкое прикосновение. Оказалось, что мистер Джонос тоже увидел, что Гета споткнулась, но поддержать не успел. И сейчас стоял рядом, невесомо тронув девушку за руку. Гета машинально хотела отстраниться, но остановила движение, взглянув в лице росомахе. Оно неуловимо изменилось, стало спокойным и открытым, даже, скорее, светлым. Чернота, неприятно поразившая Гету, когда она в первый раз увидела росомаху возле здания суда, исчезла с лица мистера Джоноса. Лицо стало открытым и приятным. Словно злоба, много лет мучившая и терзавшая росомаху, исчезнув, очистила не только душу, но и лицо. К удивлению Геты, на глазах мужчины стояли такие же слёзы, как те, что бежали из её глаз. И росомаха, осторожно сжав руками руку девушки вместе с зажатым в ней сияюще-белым платочком, прижал руку сначала к своей щеке, потом быстрым движением – к сердцу. После чего поклонился Гете и, обернувшись, всему столпившимся семейству Фэлидэш и их гостям.
Нерешительно вернулся снова к крыльцу, поколебавшись, достал небольшой футляр и не очень ловко, одной рукой открыл его. На бледно-розовом шёлке лежало ожерелье из красных кораллов.
- Я хотел подарить это к свадьбе Геметрия и Нетти. Это старый артефакт, принадлежит нашей семье уже несколько поколений. Мэтр л՚Эшри, по моей просьбе, зарядил его магией, этого хватит на несколько следующих поколений. Но мы немного опоздали.
- И что делают эти бусы? – довольно сердито поинтересовался Гемет. – И с чего это ты решил, что мы их примем?
- Эти кораллы жених дарит невесте, чтобы она надела их в день свадьбы. Или при встрече, после долгой разлуки. Артефакт действует только на пару, которая искренне любит друг друга. Если девушка оденет кораллы, повторюсь, в день свадьбы или в день встречи, жених увидит её воочию такой, какая она у него в сердце. Самой прекрасной и восхитительной на свете, и этот образ будет с женихом, потом мужем, всю жизнь.
- А что увидит девушка? - судя по тону, которым был задан вопрос, Гемет слегка, самую капельку, подобрел.
- Девушка увидит сияющие ярче звёзд от счастья и восторга глаза своего возлюбленного. Геметрий Фэлидэш, вы возьмёте наш семейный артефакт, чтобы одеть его на молодую жену? А впоследствии передать старшему сыну?
- Нет. – И Гемет, подтащив скамью, стоявшую в сторонке у перил крыльца-веранды, приподнял Нетти за талию и поставил жену на скамью. Потом закрыл глаза. – Небольшого роста изящная девушка, с тёмными, слегка вьющимися на кончиках волосами. Пятнадцатью веснушками на очень изящном носике, с небольшим ртом и пухлыми губами. С ямочкой на подбородке. Нетти очень красива, но обычно это не сразу замечают, потому что её необыкновенные огромные карие глаза сияют как бриллианты и завораживают любого, кто на неё посмотрит. На ней очень красивое свадебное платье из белоснежного кружева, оно мерцает, потому что украшено бисером из горного хрусталя. Но это платье лишь подчеркивает красоту моей Нетти, совсем её не затмевая. Мне не нужны кораллы, чтобы это видеть. И ни какие кораллы не покажут, какое у моей Нетти сердце – нежное, доброе, верное и готовое на всё, за тех, кого она любит.