— Хорошо, господин, — ответил Маруко, опередив своего сына, который тоже хотел что-то сказать. — Вы, кажется, собираетесь уходить, я провожу вас.
— Ты никуда не пойдешь, — вмешался Кависта. — Нельзя терять времени. Я хочу дать тебе одно важное поручение.
— Нет, я пойду, — заупрямился Маруко. — Надо проводить господина Веллингтона. Он вон какой путь из-за нас проделал, а мы не можем его до берега проводить!
— Ну, ладно, — согласился Кависта, — только сразу же возвращайся, есть важное дело.
— Скажи сейчас, какое это дело.
— Да понимаешь, мы тут обсуждали, кто бы мог выкрасть Клару из крепости, и все решили, что лучше тебя никто этого не сделает.
— Почему именно я должен ее выкрадывать? — забеспокоился Маруко. — Ты, сынок, слишком многое хочешь взвалить на мои старые плечи. И потом ты забываешь, что сам я не считаю ван Спойлта своим врагом.
— Именно поэтому на тебя и лгал выбор, отец. Голландцы ни в чем тебя не подозревают. Это нам на руку.
— Да, но…
— И потом, — перебил его Кависта, — у тебя ведь есть опыт в этих делах.
— Дай мне хотя бы немного подумать.
— А что тут думать? Вон как в тот раз все хорошо удалось…
— Ладно, ладно, после поговорим, — недовольно сморщился Маруко.
— Иди провожай господина Веллингтона. Я вижу, вы спешите, господин? — обратился он к англичанину.
— Да, спешу, — ответил тот, — здесь мне больше делать нечего. Осталось только зайти к Имбате. И домой.
— А для чего вы пойдете к Имбате? — поинтересовался было Кависта.
— Это уж мое дело, — отрезал Веллингтон.
— Я надеюсь, господин, вы постараетесь, чтобы в кампунге вас не заметили, — предупредил Кависта.
— Ты думаешь, я дитя неразумное, ничего не понимаю?
Кависта ничего не ответил. Пожалуй, не следует его задерживать. Пусть поскорее уходит. И он велел отцу поторапливаться.
— Желаю тебе победить голландцев, Кависта, — прощаясь с ним, сказал Веллингтон.
— Мы победим обязательно.
С чувством исполненного долга и удовлетворенным самолюбием Веллингтон не спеша отправился в кампунг, сопровождаемый Маруко и четырьмя телохранителями.
Как только они скрылись, Кависта, обращаясь к обступившим его друзьям, сказал:
— Конечно, сейчас мы рады этому англичанину, он привез нам оружие. Но если он вздумает вновь поселиться на Лонторе, когда мы прогоним голландцев, нам и с ним придется воевать.
— Интересно, зачем ему понадобился староста, — обеспокоенно спросил Умбада.
— Я его спрашивал, не говорит, — ответил Кависта. — А где Вина? Еще не вернулся?
— Нет.
— До меня дошли слухи, будто Имбата согласился подписать торговый контракт. Я велел Вине узнать, правда ли это. Он должен вернуться с минуты на минуту. Тогда мы все узнаем.
— А что делать сейчас, Кависта? — спросил Вето. — Разойтись пока по домам или оставаться тут?
— Надо бы подождать отца. Но если у кого-нибудь есть дома дела, пусть идет.
Ушло человек пять, остальные, собравшись в тесный кружок, стали обсуждать план действий. Надо было решить, как лучше использовать привезенный Веллингтоном порох и где спрятать Клару после похищения ее из кре-ности. Когда зашел разговор о Кларе, не обошлось без шуток: Кависте предрекали второй раз быть женихом.
Скоро появился Вина. По его лицу было видно, что он принес важные новости. Кависта подозвал его к себе и стал расспрашивать.
— Я заходил к Ивари, — начал Вина, — они ведь со старостой соседи. Она говорит, что Имбата, наверное, все-таки заключит контракт.
— Тем лучше! — презрительно бросил Кависта. — Значит, мы скоро от этого старосты избавимся. Да, Имбата, видно, совсем из ума выжил.
— Но самое удивительное — это новость о его сыне, — продолжал Вина.
— О Тамбере? А с ним что?
— Он работает в крепости у голландцев.
— Вот негодяй! — возмутился Кависта, глаза его заблестели, лицо налилось кровью. — Теперь он тоже наш враг, и очень опасный, куда опаснее голландцев!
— Да ведь он мальчишка еще, — попытался возразить Самбока.
— Именно это и страшно, пак. В его возрасте многого не понимают. А ему ведь известны наши замыслы. Только бы он не разболтал голландцам! Тогда нам придется туго! Увидел бы я сейчас Тамберу здесь, я бы ему показал! Но как Имбата мог позволить ему уйти в крепость?..
— Ивари говорит, родители не пускали его, — добавил Вина, — но мальчишка и слушать их не стал.
— Ну что ж, если мать с отцом оказались бессильны, придется нам за него взяться.