Как можно верить написанным кем-то бредням? Как можно ходить к каким-то гадалкам? Как можно добровольно отдавать все свои сбережения на волю случая, играя в рулетку? А самое вопиющее — как можно убить молодую беззащитную девушку, да ещё настолько зверским способом?
Покойный Алексей Макарович воспитывал Никиту в совершенно иных ценностях, потому сын пошёл по стопам отца, во всём. А теперь, после смерти родителя, Никита особо чувствовал на себе ответственность — двойную ответственность. Как будто вся ответственность, что лежала на плечах подполковника милиции Верещагине, теперь перешла на младшего по званию капитана Верещагина, который обязан был продолжать не только следить за порядком в городе, но и твёрдо следовать переданным ценностям.
Просто так пустить дело на самотёк Никита не имел право. Что, если случай с Виолеттой окажется не единичным? Пока оснований так считать не имелось. Вполне возможно, гадалка связалась с какими-то криминальными элементами, чем-то не угодила им, за что и поплатилась. А способ расправы с ней был выбран просто для устрашения и антуража. Может, Ашат именно это и имела в виду, когда говорила, что знала о смерти сестры. Но в любом случае Верещагин знал: если кто-то способен на подобное, его аппетиты со временем могут возрасти. А такого никак нельзя допустить.
Оставив машину у тротуара, капитан вышел в зреющий вечерний холод, и тут же был атакован двумя скучающими «ночными бабочками», которые только вышли на свою охоту.
— Привет, — игриво подмигнула одна с размалёванными розовыми губами и густо наложенными голубыми тенями на верхних веках. — Хочешь отдохнуть?
— Хочу, — на автомате ответил Никита. — Но покой нам только снится.
— Оу! — поморщилась девушка. — Только не говори, что ты легавый.
— А если так, то что?
— Тогда я просто мимо проходила, а все вопросы вообще не ко мне.
Вторая девушка в плюшевой чёрной мини-юбке на всякий случай убралась подальше. Однако первая, наряженная в короткие джинсовые шорты, едва закрывавшие ягодицы, оказалась не из пугливых. Значит, стоит тут не первый день, хотя лица её Верещагин не припомнил. Впрочем, он не знал всех проституток в городе и старался как можно реже обращаться к ним за информацией. Но сейчас ему бы не помещала кое-какая помощь.
— Ты лучше скажи мне, — обратился он к жрице любви, — ты что-нибудь знаешь о каком-то подвальчике?
— Подвальчике? Это чё вообще? Ресторан, где подают крыс на ужин? — она засмеялась.
Никита не поддержал её шутку и просто уточнил:
— Возможно, это какой-то бар. Он находится рядом с витриной, где стоит чучело волка.
— А-а-а! — протянула девушка. — Тамбовский волк тебе товарищ! — она снова засмеялась. — Ну, канешн, знаю. Вон тама эта витрина, — и указала куда-то в сторону.
— Спасибо, — кинул Никита и уже собирался уйти.
— Эй! — окликнула проститутка. — Ты чё, правда мент?
— Не похож?
Она пожала плечами:
— По форме вы ваще все на одно лицо. А без формы даже ничё такие попадаетесь. И, раз уж ты без формы, можно по-быстрому, за полцены.
Девушка снабдила своё предложение весьма красноречивым движением языка, которым подвигала изнутри щёку.
— Заманчиво, — улыбнулся Никита. — Но ты что-то не на то деньги тратишь. Лучше одёжку себе какую потеплее купила. Замёрзнешь же.
— Пошёл ты, зануда.
Она демонстративно отвернулась, а Верещагин только головой покачал и двинулся в указанную сторону. Найти нужную витрину получилось далеко не сразу — там не горел свет, и, похоже, лавка не работала уже не первый месяц. Разверзнутая в хищном оскале морда давно умершего волка блеснула белыми клыками за стеклом, и следователь несколько минут изучал хищника, навсегда застывшего в одной позе.
Никита не раз видел волков — и с относительно близкого, и с дальнего расстояния. Однако посмотреть в глаза лесному стражу настолько пристально удалось лишь сейчас. Глаза были неживые, пластиковые, мутные. И это совершенно не вязалось с остальным образом, который хотел передать неизвестный таксидермист. Неудивительно, что чучело наверняка простояло здесь не первый год. Кому в здравом уме захотелось бы забрать его к себе домой? Дома ведь должен царить уют и покой.
Верещагин вспомнил мрачную комнату гадалки, ставшую ещё более зловещей после чудовищного убийства. Виолетта тоже, скорее всего, старалась воссоздать собственный уютный мир таким, каким она его себе представляла. Только этот мир изначально отличала тёмная атмосфера, а о том, как прошли последние минуты жизни девушки в этой комнате, лучше было вообще пока не думать.
Пройдя немного дальше по улице, Никита заметил крошечный проулок между домами. Он повернул туда и вскоре заметил небольшой козырёк, низко расположенный над землёй и слегка припорошённый снегом. Пока снегопады ещё не завладели полностью городом, и сугробы не успевали вырасти. Однако за городом или в особенно тёмных закоулках снежный покров мог сохраняться. А тут отчётливо почувствовался стылый холод, как будто температура резко упала на несколько градусов.