Это был первый чувствительный щелчок по его самолюбию и вождистским амбициям. Он чётко осознал, что ему нужен опытный военный тактик и стратег, если он хочет захватить и удержать власть.
— В Инжавинский лес! — крикнул он своим соратникам и сам первым помчался в сторону этого леса.
За ним тут же припустился Дмитрий и новоиспечённый адъютант Старых.
Токмаков с Ишиным выводили дружинников из боя, прикрываясь всё ещё отчаянно дерущимися вильниками.
Тем ведь ничего не оставалось делать, как истово драться. Ушедшие на двадцать-тридцать вёрст от своих сел, крестьяне-вильники уже не решались возвращаться домой, понимая, что их там власти, как минимум, арестуют. Единственным выходом для них было оставаться при партизанском отряде Антонова, добывая себе в бою настоящее оружие.
55
Спрятавшись в таком родном для него Инжавинском лесу на давно готовом становище, Антонов вздохнул свободно. Здесь его никто не достанет. Он стал дожидаться подхода своих. Сильно потрёпанная, но сохранённая дружина под командованием Токмакова подошла спустя несколько часов. Вместе с дружинниками пришли и вильники. Увидев их, Антонов недовольно поморщился. Подозвал к себе Ишина.
— Гони ты в шею этих вильников, Иван. Если встретится надобность в этих лаптёжниках, то соберём их сколько хочешь.
Ишин кивнул. Он знал, как на таких мужиков воздействовать. Смело войдя в самую гущу разгорячённых боем и последовавшим отступлением мужиков, Ишин сначала поблагодарил их за помощь партизанскому командиру Антонову. Потом продолжил:
— Но нынче вам следует, мужики, вернуться домой для водворения порядка в тылу. Главное, чтобы этот временный и разовый успех коммунистов никак не повлиял на настроение наших мужиков. Мы побьём Советы обязательно, и установим свою власть, но как это сделать, если наши самые стойкие сторонники, то бишь вы, мужики, будут сидеть без дела в лесу.
Мужики были понятливы и живо закивали головами, соглашаясь.
— Чуток отдышимся и пойдём. Не боись, Иван Егорыч, за нами не пропадёт. Мы за Степаныча на смерть пойдём!
— Вы ему живыми больше нравитесь, — пошутил Ишин.
Шутка мужикам понравилась, и те захохотали.
Тем временем Антонов с Токмаковым вновь помчались на встречу с Эктовым. Сейчас они решили действовать более решительно и бесцеремонно. Другого выхода у них не оставалось.
— Ну, здорово тебе, Павел Тимофеевич! — войдя без стука в избу Эктова, Антонов поздоровался, сняв фуражку.
— Опять вы, — поморщился Эктов. — Я же сказал, устал я воевать и никуда из своего дома боле не пойду.
— А придётся, — решительно произнёс Антонов, доставая из кобуры револьвер. — Собирайся, поедем с нами. Даю тебе десять минут на размышление, а потом расстреляю, как изменника, если ты не согласишься. И никакие большевики тебя не спасут.
Антонов с Токмаковым не сводили глаз с Эктова. Тот понял, что отпираться бесполезно. Мать и отец ему здесь не помогут. Они и сами скорее станут на сторону Антонова, чем большевиков.
— Ежели же ты не согласишься, я и избу сожгу, и всех твоих родных перевешаю.
Последний аргумент подействовал на Эктова гораздо сильнее предыдущих. Он вздохнул и согласился.
— Десять минут на сборы мне дашь?
— Ждём тебя во дворе, — согласился Антонов и вышел, улыбаясь.
Начальник штаба его набирающей силы армии в чине армейского штабс-капитана — это звучит сильно. Он был доволен.
56
Деньги и продовольствие имеют такую привычку, как заканчиваться в один прекрасный день. Но жить же как-то нужно. Для того, чтобы привлекать к себе людей, необходимо было их агитировать, а агитацию без денег проводить невозможно. Да и самим антоновцам нужно питаться и нужно добывать оружие. Не всегда это возможно сделать силовым методом. Вот и вспомнил Антонов дореволюционные времена своей молодости и обычную практику социалистов-революционеров и большевиков (в этом обе партии были схожи) — экспроприацию.
В штабе Антонова разработали сразу несколько операций по изъятию денег из советских госучреждений — в Тамбове, Кирсанове и Инжавине. В разных местах специально, чтобы запутать большевиков и не дать им напасть на след.