Необходимо было предпринимать самые решительные действия. Так, Феликс Дзержинский направил в Тамбов одного из самых своих проверенных людей — Кедрова. Из Саратова в Кирсанов, куда вновь скрылся Антонов, в распоряжение Кедрова направили отряд в двести штыков при двух пулемётах и 50 человек конницы. Однако московский чекист, оценив на месте обстановку, принял решение послать в инжавинские леса с их непроходимыми болотами отдельных разведчиков, целью которых было уничтожение Антонова, ибо воевать в этих местах бесполезно. А выманить Антонова из леса на открытое пространство — просто нереально.
Кроме того, в районы, где скрывался и действовал Антонов была срочно направлена выездная сессия губернской Чека, во главе с некими Мослаковым и Сачко. Действовали чекисты с беспощадной жестокостью. Десятки и сотни зажиточных крестьян, заподозренных в хотя бы малейшем сочувствии Антонову, были расстреляны или сосланы в концлагеря, почти вся боевая дружина партизан была уничтожена. Однако никого из главных антоновцев, как и самих братьев, захватить не удалось. Даже не получилось выйти на их след. Они словно сквозь землю проваливались. Более того, им удавалось даже освобождать своих из-под ареста.
Так, в селе Калугине был захвачен Подберёзкин. 10 сотрудников Особого отдела 56-й дивизии, захватившие такого пленника, специально, ради его охраны, остались ночевать в помещении волостного исполкома. Однако, около полуночи волисполком был окружён отрядом антоновцев во главе с Антиповым, численностью до 60 человек. Ворвавшись внутрь, они открыли дверь арестантской комнаты, выпустив на свободу всех, кто там был. Всех, но среди них не было Устина Подберёзкина. Антипов стал требовать у особистов освобождения Подберёзкина, но те в ответ начали стрелять. Перестрелка длилась несколько минут. Антипов выскочил на улицу и велел забросать волисполком гранатами. Одна из них, случайно угодила как раз в ту комнату, где держали связанного Подберёзкина. Взрывная волна его не только ранила, но и помогла избавиться от верёвки. Устин вскочил на ноги и выпрыгнул в окно, тут же очутившись в объятиях своих. Наскок на волисполком закончился удачей. Среди жертв было несколько партизан и трое чекистов.
Тем не менее, кое-чего чекистам добиться удалось: Антонов несколько снизил на время свою активность. Более того, можно сказать, что он даже на какое-то время испугался, что и его могут достать. Но свои чувства этот хитрый и волевой человек умел скрывать очень хорошо. Даже родной брат ничего не заподозрил.
В марте 1920 года обстановка несколько изменилась и выездная сессия Губчека была отозвана.
58
Тамбовщина бурлила. Восстание за восстаниями, волость за волостью, уезд за уездом. Александр Антонов чётко знал своё дело. Поводы для восстаний находились разные — мобилизация в Красную Армию, реквизиция скота, учёт церковного имущества — но результат всегда был один: вооружённое восстание и свержение местного Совета, а затем тут же молебен за упокой его, Совета, души (неужели прощать мужикам молебны, которые ознаменовывают падение рабоче-крестьянской власти?). Особенно горячим месяцем стал ноябрь 1919 года. Казалось, Тамбовская губерния вот-вот отделится от России и провозгласит свою независимость. Разумеется, Ленин такого стерпеть не мог. По его приказу на места двинулись десятки карательных отрядов, и вот весьма краткий перечень фактов из их кровавой деятельности, перед которым бледнеют даже ужасы, которые когда-то творил в этих же местах царский опричник Луженовский, погибший впоследствии от руки Марии Спиридоновой. Выдумывать и додумывать ничего не буду. Просто процитирую один документ, направленный в самом конце 1919 года в Совет Народных Комиссаров группой социалистов-революционеров:
"В Спасском уезде, во всех волостях, где только появлялись карательные отряды, шла самая безобразная, безразборная порка крестьян. По сёлам много расстрелянных. На площади города Спасска публично, при обязательном присутствии граждан-односельчан, было расстреляно десять крестьян вместе со священником, причём телеги для уборки трупов должны были предоставить граждане-односельчане. Расстрелянных за Спасской тюрьмой 30 человек заставили перед смертью вырыть себе одну общую могилу.