Однако Тамерлан настороже, да так, что градоначальник в середине сладкословия едва не осекся.
- Милость нашего эмира безгранична, — протягивает Тимур градоначальнику знакомое послание эмира. Свидетельство тому эта грамота.
Джамаль читает про себя.
- Вы волею великого эмира наделены властью. – Я готов предоставить свои услуги. Назовите ваши намерения и пожелания.
- Я надеюсь, что мы с вами найдем время обсудить наши намерения, а сейчас изложу лишь одно мое желание.
- Я слушаю.
- В заточении у вас, в зиндане, находится человек по имени Чеку.
- Да, я слышал. Барласовец из Кеша… Вор и убийца осужден по закону, который свято чтится у нас, в Мавераннахре…
- У вас, в Мавераннахре, — говорит задумчиво и как бы отстраненно Тимур. – Мавераннахр не только Самарканд, но и Кеш…
- Восхищаюсь вашей проницательностью господин посланник. Дай вам Аллах здоровья. Позвольте полюбопытствовать почему желание ваше связано с именем человека по имени Чеку? Вы хотите знать, почему, он приговорен к отсечению головы?
- Хочу знать? Нет, не знать, а видеть – видеть живым и свободным. И сейчас же!
- Человек по имени Чеку приговорен по… — кипятится Джамаль.
- …вашему указанию, — перебивает Тимур.
Градоначальник откровенно обескуражен: его, повелителя великого Самарканда, перебили! И как!? И тон человека, явно недовольного.
Джамаль растерянно взглянул на главу канцелярии, ожидавшего распоряжений хозяина – тот смущенно отвел глаза, взглянул на дерзкого посланника. Тимур, как ни в чем ни бывало, словно в какой-нибудь заурядной харчевне, спасаясь от духоты, распахнул халат…
- О, у вас замечательные розы! – произносит он, нарочно любуясь розарием, выращенным тут же, в помещении.
- О, да! – попадает как бы “на крючок” градоначальник.
Между тем, Тимур достает… нож и, не спрашивая разрешения, ловко срезает одну из роз:
- Вам приходилось видеть розу… без шипов?
Также демонстративно удаляет ножом шипы:
- Говорят не бывает розы без шипов… Вот вам роза без шипов – не находите, милостивый повелитель великого Самарканда, что это обратное общепринятому? Не находите, что у этой прекрасной розы очень тонкая шейка?
Градоначальник Джамаль бледен, с трудом скрывая ужас, бросает взгляд на главу канцелярии – тот, поняв, идет к хозяину.
- Человека по имени Чеку доставить… живым… — обращается к Тимуру: — Где удобнее господину посланнику будет лицезреть барласовца по имени Чеку?
- У вас отменный вкус, — говорит Тимур, уходя от ответа, но в действительности цепко контролируя в уме суть задуманного, внутри ликуя по поводу первой победы. — Эти ковры могли бы достойно украсить любые царские покои. Уж не из Герата ли они?
- Еще одно свидетельство вашей проницательности: это – дар друзей из Герата, — и, как бы спохватываясь, градоначальник дает команду канцеляристу: — Доставить во дворец.
Канцелярист удаляется, Джамаль входит в роль “гида”, говорит: “А этот ковер из Шираза…” – и, о, ужас, он видит, как Тимур, шагая, наступил… на оброненную розу… Джамалю от такого рода поступков посланника, отдающих мистикой, становится не по себе, но тем не менее странный “экскурс” по резиденции градоначальника продолжается…
- Удивительно! – говорит Тимур как бы машинально под впечатлением сказанных Джамалем слов. — Хороший ковер радует глаза, но…в него можно и закатать человека…
Джамаль еще пуще взволнован.
…На месте сооружения помоста для экзекуций на базарной площади. Некто – посыльный поднимается к рабочим.
- Велено прекратить работы. Все. – говорит он.
- А как изволите поступить с этим? – спрашивает плотник, показывая рукой на недостроенный помост.
- Разобрать! – следует короткий ответ.
Посыльный ступает с помоста, его тотчас же обступает толпа зевак. Тут же – знакомый нам мужчина в тюрбане с книгой подмышкой, Джафари, и мальчик Хафиз.
- Нам послышалось, что вами сказано слово “разобрать”. – Мы не ослышались? – остро интересуется человек с книгой подмышкой.
- Нет не ослышались, уважаемый апенди. Я так и сказал: “разобрать”
- Не означает ли это, что казнь отменена? – не унимается человек в тюрбане.
- Именно так. Отменена
- Слышали, казнь отменена, — говорит зевакам Джафари.
“Отменена… отменена…” – разочарованно проносится в толпе зевак. А на помосте в эту минуту происходит вот что. Один из рабочих со словами: “Нам что? Разобрать, так разобрать”, — обухом топора выбивает доску, которую второй рабочий складывает у подножья помоста… Поверх этой доски ложится следующая и т.д.