- Боксёр, пацаны передают тебе своё уважение. Если что, ты знай, впрягемся за тебя.
И жизнь потекла ровно, без кочек. Каждое утро, после развода, каждый шёл согласно разнарядке. Если первая половина дня уходила на обучение, да, у нас и учителя были, никто не остался без образования и профессии. Потом расходились: кто в лазарет, кто в столовую. Каждый был при деле, и так до вечера. Самое интересное начиналось вечером после отбоя. Когда можно было спокойно поговорить по душам, выкурить спокойно сигаретку, или просто побыть со своими мыслями.
Мы с Синькой и ещё парочкой проверенных пацанов работали в столовой, принести, унести, вообще кайф. Повариха Раиса, была грозной старухой, которая ненавидела нас, если мы ели, домой ей мало, что доставалось:
- Развелось вас, дармоедов. Была бы моя воля, вообще бы вас не кормила. Лучше бы деткам хорошим отдавали, чем вас кормить.
- А вы, Раиса, как я посмотрю, посланец гуманитарку передавать? Вон какие сумки затарили!
- Заткнись Бадоев. Вечно лезешь, куда не просят.
- Да что вы, я только спросить хотел.
В одном Раиса была права, я искал себе приключений. И не от скуки, а как любил говорить Леонид Степанович — от тонкого чувства справедливости. Не прошло и недели, как к себе на ковер меня вызвал гражданин начальник. Толстый, лысеющий майор, сидел за столом, и направлял на себя вентилятор. Лицо его покрывала испарина, и он старательно утирался платком.
- Ну что, заключенный Бадоев? Садись, чего стоишь. Я тут справки навёл, оказывается отец у тебя милиционер. Какими судьбами ты у нас?
- Отец? Товарищ гражданин начальник, вы что-то путаете. Отца своего я с рождения не видел. Мать говорила он капитал и полярник. А мент, так он хахел мамкин очередной, задержался правда дольше остальных.
- Не суть. Я просто спросил. Тебя вызвал, так как сказали, что парень ты толковый, поэтому предлагаю взаимовыгодное предложение — давай с тобой дружить.
- Стукачом решили меня сделать? Я на дятла похож?
- Ну смотри, жизнь у нас интересная. Не известно кому здесь и главное как жить придется.
- Гражданин начальник, не нагнетай, если это всё, разрешите вернуться в барак.
Много нас таких смелых, зеленых было. Я думал, что со мной прокатит. Но ошибся. Жестоко так. После шестого или седьмого наряда, которые прилетали ко мне слишком часто за последнее время.
- Боксёр, какого хрена, - первым не выдержал Синька. После отбоя, мы сидели у меня на койке. За короткое время нашей дружбы, у нас появился ритуал — чифернуть с запрещенкой. Мои тумбочки и заначки были голыми, поэтому Синька и пришел не с пустыми руками.
- Ты понимаешь, что они не остановятся? Дальше рассказать тебе, что будет? Или догадался?
- Мне стукачом предлагали стать, дятлом, вашу мать! Я как пацанам в глаза смотреть буду?
- Дурная твоя башка! - рассмеялся Синька. Гошан, ты слышал этого святошу?
- А то! - раздался голос в темноте.
- Слушай сюда и запоминай. Говорить можно, но не всё. Избрано, то, что они хотят услышать. А уж фильтровать базар мы тебя научим. Усёк?
- Усёк. На следующий день, после развода, я напросился на встречу с гражданином начальником. Покаявшись, признав и признав свою дурость, согласился с ним «дружить».
Я очень часто думал про случившееся. Думал, что если бы не та драка, как бы я жил дальше. Но мозг выдавал только одно: всё было бы также, я ничем не лучше Синьки или других, ведь многие попали сюда по велению судьбы, не сами захотели, судьба фортанула.
Вот и мне она фортанула, когда однажды после развода, Синька махнул, показывая на черный вход в столовую. Отряхивая снег с телогрейки, я вошёл в кромешную тьму. В чёрном тамбуре стояли и курили Синька, Мокрый и Шерхан. Увидев меня, первым заговорил Шерхан:
- Слушай, Боксёр, ты же в курсе, что Синьке чалиться всего ничего. А отряд на кого оставит? Желающих, конечно, до херовой тучи, но нам с ними резона нет. Короче, мы тут малость покумекали и решили тебя поставить. Пацан ты толковый, тебя уважают, да и нам спокойно будет.
- Ты же не ссыкло. Всё будет норм.
Прикурив сигарету, я внимательно посмотрел на них. С одной стороны, такое внимание дорого здесь стоило, год в колонии а уже такие результаты. Я медлил, видел это. Затушив сигарету, спрятал окурок в карман, еще на раз должно было хватить.
- Что я могу сказать? Вам виднее. Согласен отряд без смотрящего не оставишь, но и козлом отпущения не хочу быть. Это Синька у нас спец по переговорам, я только кулаками махать умею.
- Ничего, научишься, пару месяцев у тебя в запасе есть.
- Тимур Аланович, - Ася сидела напротив меня в кресле. Сегодня был вторая наша встреча, но я был восхищен её работоспособностью. Ни просьбы, ни уговоры, не смогли отвлечь девчонку от работы. Она всюду следовала за мной по пятам. - Скажите, колония, преступники, я же знаю, и статьи у всех разные и в голову к каждому не залезешь. Но ведь вы не преступник, просто пошли наперекор всему, и вы и ваш отчим.