Посланников вывели из этой ограды и шатров и повели в другую, соединенную с той так, что можно было пройти из одной ограды в другую. (Ограда) была из белого атласа; здесь посланникам показали множество богатых шатров и навесов, сделанных из шелковых и иных тканей. И не только этих царских оград было много в орде, но и других, принадлежащих мирассам и приближенным его, удивительно разнообразных на вид. Так что, куда ни пойдешь, везде встретишь (эти) шатры и салапарды (сарапарде), как они называют ограды.
Всего в этой царской орде было около сорока или пятидесяти тысяч шатров, представляющих собой прекрасное зрелище. А кроме этих шатров было еще множество других, расставленных в садах, на лугах и у воды вокруг города.
На этот праздник сеньор велел собрать всех мирасс и зажиточных людей со всей Самаркантской империи. В числе прочих прибыл сеньор Балахии (Бадахшан), большого города, где добываются рубины, и вместе с ним приехали кавалеры и многие другие. Посланники пробыли некоторое время вместе с этим сеньором Балахии и спросили его, как добываются рубины. И он рассказал, что недалеко от города Балахии есть гора, где их находят, и что каждый день (от этой горы) отбивают кусок, а потом их ищут, а когда находят, то осторожно вынимают. (А делают это так): берут породу, в которой они находятся, отбивают ее понемногу долотом, пока не окажется на поверхности сам (рубин), а потом на точильных камнях (их) отделывают. (Он рассказал также), что там, где добываются рубины, сеньор Тамурбек поставил большую стражу. А этот город Балахия находится на расстоянии десяти дней пути от города Самарканте, в сторону Малой Индии.
Также прибыл туда другой сеньор, правивший за Тамурбека городом Акиви, который находтся там, где добывают лазурит. В той скале, где находится лазурит, встречают и сапфиры. А от этого города Акиви до Самарканте также десять дней пути и тоже в направлении Индии, только (Акиви) ниже Балахии.
В четверг, двадцать третьего октября, сеньор устроил большой праздник в своей орде, на который велел прибыть посланникам. Этот праздник был устроен в большом шатре, куда собралось много народу, и (все) пили вино. А тот праздник, где пьется вино, считается более важным. На пиру было много веселья и забав; пришли царские жены, разодетые как и в прошлый раз, пировать вместе с ним. А веселье длилось до ночи.
В четверг, тридцатого октября, сеньор уехал из орды в город и остановился в доме с мечетью, которую велел построить для захоронения своего внука по имени Махомад Солтан (Мухаммед-Султан) Мирасса, умершего в Турции, когда Тамурбек победил Турка; этот внук сам пленил Турка и (потом) умер от болезни. А этого внука сеньор очень любил и поэтому приказал построить эту мечеть, дом и гробницу.
В тот день сеньор приехал туда, чтобы устроить (в его память праздник), подобный поминкам, на который пригласил и посланников. Когда они приехали, им показали усыпальницу и гробницу. Часовня была четырехугольной формы и очень высокая, внутри и снаружи расписанная золотом и лазурью и (отделанная) изразцами и стеклом. А когда внук сеньора умер в Турции, царь отослал (тело его) в Самарканте для погребения и приказал городскому управлению выстроить эту мечеть и гробницу. Когда сеньор сам приехал (сюда), он остался недоволен усыпальницей, сказав, что она низка. Он приказал сломать ее и в десять дней построить вновь под страхом наказания. И они так торопились, что работали день и ночь. Сеньор сам дважды приезжал в город, а когда направлялся куда-нибудь, то (его) несли на носилках, так как он уже не мог ехать верхом. А эта усыпальница была выстроена и окончена в эти десять дней. И нельзя не удивляться, что такая большая постройка, как эта, завершилась в столь короткое время. В честь этого своего внука царь в тот день устроил праздник, на который собралось много народа. И было подано много мяса, по их обычаю. Когда окончился пир, один из приближенных сеньора, по имени Хамелак (Шах-Мелик) Мирасса, взял посланников и увел их оттуда, где был сеньор, обрядил их в платья из камки и поверх накинул одежду в виде плаща, которую они надевают, когда холодно. Она была из шелковой ткани на меховой подкладке, а у ворота снаружи (отделана) двумя куницами, а на головы им надели шапки. И дал он им (еще) мешок, в котором было полторы тысячи серебрянных таньг (теньга). Это их монета, а каждая таньга равняется двум серебрянным реалам. После этого (посланники) опять вернулись к сеньору и поклонились ему, как у них принято. И сеньор сказал им, чтобы они пришли к нему в другой день, что он хочет поговорить с ними