К югу от этой дороги, до самого Каспийского моря, должны были простираться почти безлесные, открытые степи, потому что на этом пространстве издавна постоянно кочевали разные пастушеские народы и потом монголы Золотой Орды.
Войска монголо-татар были искусны в стрельбе из лука и часто сражались в пешем строю. Поэтому леса предоставляли им почти те же тактические выгоды, какие они доставляют и ныне. И так Тохтамыш, отступая пересеченною лесами местностью, мог бы сражаться на каждом шагу и ослаблять Тамерланову армию. Кроме того, леса способствуют засадам, скрытным движениям, следовательно, внезапным нападениям и обходам, дают средства скрыть численность армии и ее маневрирование. Тамерлан, как искусный полководец, не мог не понимать этих выгод и потому, вероятно, желая отнять у Тохтамыша означенные выгоды и не допустить его отступать вдоль опушки лесной полосы, решился обойти его левый фланг. Это движение доставляло ему и ту выгоду, что он мог им отрезать Тохтамышу - отступление к его, так сказать, кочевой столице, на луговой стороне р. Волги (между городами Самарой и Чистополем), где паслись бесчисленные стада Золотой Орды, а также и от подкреплений, ожидаемых оттуда. Если бы Тохтамыш вздумал отступать к югу, то отдалился бы от подкреплений, ожидаемых от средних частей Волги и верховий Дона (где в то время кочевала Орда), и тогда Тамерлан, двинувшись к Волге, завладел бы всеми богатствами Золотой Орды и в приобретенной добыче нашел бы огромные способы для продовольствования войск, и лошадей для ремонтирования армии…
О подробностях расположения войск Тохтамыша Шерефэддин ничего не пишет и говорит только, что они были разделены на правое и левое крыла и главный корпус.
Чтобы действовать на суеверие воинов, у монголов, как у римлян, за армиею следовали предсказатели. Имам, находившийся для этой цели при Тамерлане, после молитвы, прочитав стих из алкорана, сказал ему: «Совершай твои преднамерения, ты будешь победителем, провидение покровительствует тебе». Между тем Тамерлан, будучи из числа тех людей, которые не отвергают никаких средств для достижения цели и пользуются всем для успеха, заблаговременно привлек на свою сторону главного знаменщика Тохтамыша, который должен был, во время самого разгара боя, опрокинуть главное знамя, что и было исполнено при содействии Тамерланова отряда войск, стремившегося пробиться до главного знамени.
В то же время, чтобы внушить своим войскам более презрения к неприятелю, а врагов лишить бодрости, он в пылу самого сражения приказал отряду конницы из 8000 человек ставить шатры и приготовлять пищу. Все эти средства и храбрость и опытность войск вырвали наконец победу из рук Тохтамыша, у которого, по словам Тамерлана, войска были так многочисленны, как саранча и муравьи. Сражение это продолжалось три дня; под конец его Тохтамышу удалось было опрокинуть левое крыло Тамерлана и зайти ему во фланг, но Тамерлан успел подать из резерва помощь и прогнал неприятеля назад. Из этого усилия Тохтамыша на левый фланг противника можно заключить, что он понял опасность своего положения, имея в тылу р. Волгу, и видя, что сражение потеряно, хотел прорваться за южную часть своего ханства. Продолжая туда отступление, он мог бы по крайней мере спасти значительную часть войска от совершенного поражения и продолжать войну. Но распоряжение Тамерлана лишило его этой надежды.