Да, Ан – тоже паранормал. Конечно, он сразу же увидел в девочке родственную душу...
– Вот почему он решил охмурить меня, - сделала Татьяна правильный вывод. - Из-за дочери!
Так что, получается, все эти поцелуи и признания в любви – затем только, чтобы подобраться поближе к ценному биоматериалу?
– Чтобы что-то решать, нужен мозг, – злобно откликнулся Типаэск, вгоняя машину в рискованный поворот. – А мозга там в последнее время совсем не осталось, сплошной тестостерон!
– Вы о чём?
– Выключите дуру, – последовал резкий ответ. – Когда мужчина вместо дела сутками напролёт не вылезает из постели с женщиной, это сложно назвать разумным поведением.
– Можно подумать, вы сами никогда не любили! – окрысилась Татьяна, задетая за живое.
– Это было давно, и неправда, – отмахнулся Типаэcк, бросая машину у главного входа в больницу. - Пошли!
– Как вы думаете, Ан жив? - спросила Татьяна, выбираясь наружу.
Типаэcк подал ей руку:
– Я не видел трупа.
Утешил, ничего не скажешь. На веках сами собой вскипели злые слёзы. Ан погиб из-за меня.
– Его не так просто убить. Так, пошли, живее, у нас сейчас другая задача!
Татьяна ожидала долгого препирательства на проходной : пустить в реанимационный блок не в часы посещения, не только мать, но и не пойми кого, не очень-то похожего на человека, – сейчас, уже, разбежались, и даже деньги могут не помочь. Но Татьяна снова забыла захватить из дома деньги! Вот же досада.
Но спорить и ссориться не пришлось . Типаэск уверенно прошёл сквозь турникет как нож сквозь масло. Никто вслед не пикнул, и Татьяна заторопилась следом.
– Как это? - спросила она. - Как так у вас получилось?
– Я при исполнении, - ответил он, не оборачиваясь. – А значит, в средствах могу не стесняться. Первый ранг, забыли?
Не забыла, а просто не поняла, что это такое. Гипнозом владеет, что ли? Настолько, что даже качающиеся на цепочке часы и «вы заснёте на счёт пять» не нужны?
– Куда?
– Сюда, потом направо, - они почти бежали по коридорам,и немногочисленные встречные сначала шарахались, а потом на их лицах расплывалась глубокая, почти буддистская безмятежность. Гипноз? Похoже, тут что-то пострашнее. Тоже паранорма?
– Вы говорили, Ан тоже паранормал, - выдохнула Татьяна, складываясь пополам после марша через пару лестничных пролётов : лифты оказались заняты, ждать Типаэск отказался. – Так может, они не убили его… а тоже… чтобы использовать…
– Я же сказал: я не видел труп, – сердито отозвался Типаэск. - Всё может быть. Быстрее. Хотите опоздать?
Опоздать Татьяна очень не хотела. Но Зина в коме… подключенная к аппаратам… забрать её из реанимационной палаты не так-то просто… разве что летающее блюдце или что у них вместо самолётов прямо к окну подогнать.
Μожно.
Μожно и блюдце.
Можно палату раздвинуть, – как, не спрашивайте, какая-то инопланетная техника, позволяющая играть с пространством, как играет ребёнок с кубиками лего. И по этому коридору, слабо мерцающему, как в голливудском боевике, Сергей катил реанимационную койку с Зиной.
Плащ Типаэска вздулся, угрожающе разворачиваясь за спиной в громадные… крылья! Татьяна мгновенно вспомнила Зинины рисунки – «бабочка возмездия»!
Да. Одни эволюционирoвали из обезьян, а другие – из бабочек. Галактика велика.
– Именем закона земной Федерации, вы арестованы, Сиренгео.
Вот почему Сергей так взбесился, когда услышал эсперанто! У них там, – в будущем? -эсперанто государственный язык… Fina venko во всей красе. Жаль, наши не знают.
– Пошёл ты, - последовал ожидаемый ответ.
И тогда Типаэск прыгнул. Оживал последний из Зининых рисунков,тот, где Сергей сражался с крыльями; теперь стало ясно, кому те крылья принадлежали. Драка вышла отчаянной и жестокой, но со стороны разобраться, кто из двоих огребает сильнее, оказалось невозможно. Татьяна и не стала разбираться, справедливо решив, что противники как-нибудь разберутся сами. Жаль, Зина не нарисовала, кто возьмёт верх… но очень хотелось бы, чтобы не Сергей.
Татьяна бросилась к дочери, потянула койку обратно, она пошла легко – в реанимационных палатах ставят постели только такие, на колёсиках, что бы легко было двигать.
Койка упёрлась в прозрачную, быстро мутнеющую стену. Там, за стеной, оставалась больница и привычный мир,и уже не выбраться из громадного пузыря, вобравшего в себя инопланетный транспорт, дерущихся противников и Татьяну с дочерью. Можешь лоб разбить об эту стенку: не поможет.
Пространственно-временная каверна,так это называлось по-научному. Мощностей корабля Сиренгео класса атмосфера-пространство хватало на подобное с головой.