— Хауфи, пошёл, — кричу и кидаю страннику пару хрустальных шаров. Сам я, отпихнув ногой к стене кефлы, разворачиваюсь и, сделав шаг в сторону, слегка приседаю. Руки выставлены перед собой, костяные клинки смотрят вперёд. И мы снова едины.
Спракс не преследовал нас. Хищник терпеливо ждал нас у следующего пункта назначения. Он действует бесшумно и умеет прятаться от акустического обнаружения. Это мы знали на площади и понимаем сейчас. Кроме нас троих тут никого нет, но Дим перед слиянием конкретно так напрягся.
Что он почуял? Запах? Нет, так как отстройка от запаха есть и у нас. Мы даже можем выдать определённый отпечаток, чтобы замаскироваться. Вселенная не терпит пустоты.
От этой мысли чуть не выпадаем из слияния, но волевым усилием удерживаем связь. Вот что почуял Дим — пустоту. В спину вдруг перестал бить поток воздуха снаружи. Будто кто-то зашёл нам за спину, а потом резко ушёл в сторону.
Позади к узлу идёт Хауфи, правее, у стены, движется Стрелок. Спиной он прижимается к стене. Делает шаг, останавливается и прислушивается. Руку с оружием он держит близко к телу, не выставляет вперёд, где длинные когти спракса могут её легко отрубить.
Анализируем ситуацию. Наша эхолокация не работает в воздухе. Всегда распространяется в камне или плоти. Спракс не абсолютно не видим. Его окружает воздух, а при резких движениях его мимикрия мало эффективна. Что из этого сейчас важно? То, без чего ему не обойтись и над чем он сейчас не имеет власти. И это воздух.
Внезапно, под удивлённым взглядами своих спутников, начинаем крутиться на месте. Руки совершают резкие движения, напоминающие удары. Ветерок от наших действий совсем лёгкий, но этого хватает. Особенно когда мы погружаемся в совсем глубокое слияние и бьём звуковыми волнами во все стороны.
Эти действия приносят плоды. Вибрирующие от волн эхолота димортула стены среагировали на воздух, который отразился от них. Но в одном месте ноу хомо. Впереди выход, позади колонна и Хауфи, справа Стрелок, а слева та самая пустота. Попался.
Руки сдергивают с пояса фэсы. Первый летит в сторону слепого пятна, но мы опоздали. От стены отделяется пятно, напоминающее рябь в воздухе. Тварь прыгает, но не к нам, а в сторону Хауфи. Не успеваем вовремя среагировать.
Первый диск промазал, воткнувшись в стену. Второй пронзает тело твари, которая с криком падает на пол и становится видимой. Тут же в неё вонзается пара кристаллических дробин и ничего не происходит. Да у этой твари устойчивость к кислоте на уровне шкуры димортула. Стрелок это понимает и следом в голову твари со свистом входят иглы с упрочненными наконечниками. Спракс дёргается и снова падает. Теперь он замирает навсегда.
Всё произошло очень быстро, так что только сейчас Хауфи болезненно вскрикивает и падает на колени. Поперёк его спины набухает пара горизонтальных ран, которые сочатся кровью. Спракс успел его достать.
— Странник, держись, — кричит охотник за головами, бросаясь к раненому.
Только мы стоим на месте. Что-то не так, мы это чувствуем. Из безглазой головы спракса сочится сукровица вперемешку с мозговым веществом. Этот мёртв. Вон какие дыры от выходных отверстий. Но нам тревожно. Мы слушаем ветер, что гуляет по залу, отражаясь от его стен.
Мы слиты в единое целое так, как никогда до этого раньше. Ушли глубоко внутрь себя. Здесь нет звуков, а всё вокруг движутся медленно, будто сквозь густой кисель. Стрелок только начал приседать у тела Хауфи, а мы чувствуем, как слева позади нас резко меняется течение ветра. Пустота движется к нам, но она не знает, что мы вычислили её намерения.
Клинки скрещены на груди. Снова слегка сгибаем ноги. Плавно, но очень быстро разворачиваемся вокруг своей оси лицом, вернее мордой димортула, к надвигающейся на нас пустоте. Вот и знакомая рябь появилась. Руки резко разгибаются в стороны. Острые лезвия, растущие из предплечий отрубают ещё одному спраксу лапы в в области предплечий. Возвратным движение наносим удар вперёд и одно остриё пробивает мутанту грудь, а второе входит в подбородок и выходит из затылка.
— Танат, что за фигня?
Стрелок выхватил свою пушку, но не стрелял. Только внимательно смотрел краем глаза, как я сбросил с клинков на пол тушку второго спракса. При этом наёмник внимательно изучал всё вокруг, а не пялился на ещё одного мутанта. Вот это и называется профессионал. Не считая удивленного крика больше никаких эмоций не продемонстрировал.
— Эти твари всегда ходят поодиночке. Сейчас то что изменилось? Ещё ждать гостей?
Говоря это, свободной рукой стрелок обкалывал раны Хауфи разными ульмами. Странник тихо стонал, но кертулов из рук он не выпустил.