Подскакиваю со спины к вожаку и резким ударом отрубаю ему руку с вениником выше локтя. От удивления тот сначала смотрит на фонтан крови из культи, а лишь потом орёт. Но я уже несусь к тому, кто справа. Даже без погружения в слияние мои способности на голову превосходят навыки этой шушеры.
Ящер только лишь развернулся, с мои клинки крест на крест перечеркнули его тушку. Рука улетает в сторону, как и часть головы и верхняя часть тела. Минус. Разворот и прыжок с места вверх. Пропускаю под собой шип из иршерами второго человека, а потом обрушиваюсь на него сверху.
Ранее плащ забрызгало кровью твари из стены, а теперь струи крови из множества рае кричащего раза окатили меня. Просто проверка навыка. Крик прервался почти сразу. Не поорешь особенно с отрубленной головой.
— Что ты такое? — дрожащим голосом кричит вожак, пытающийся зажать рану. Он похож на Тигса, только Искатель не был такой мразью. Лицо одно, а поведение разное. Этот раз перепуган и пытается отползти от меня подальше. Слабак, трус и падальщик. Страшен только для более слабых обитателей Таната, но не для меня. Дим, хоть что-то в моих действичз его и печалит, в целом одобряет эту расправу.
— Я твой самый страшный кошмар, — говорю я приседая рядом с последним бандитом. — А ещё не передаваемая боль.
— Я…
— Труп, — перебиваю я дрожащего бандита. — Но сначала ты мне расскажешь, кто такой Хур, сколько у него разов, куда они потащили пленницу? Тогда ТВ умрёшь без мучений.
Знаете, что удивило эту мразь? Не моц облик или смертоносные навыки, а то, что мне не наплевать на неизвестную пленницу. Ну трахнут её толпой и убьют. Чего тут плохого?
Начинаю понимать Даргула и его манию всё разрушить. Этот мир омерзителен.
Голову бандитского вожака сразу после коротаого допроса я просто сжал и как следует сдавил. Мышцы у нас крепкие. Череп лопнул, как гнилой плод, забрызгав мозгами всё вокруг. Ну наврал я насчёт лёгкой смерти.
Глава 19
Заказать через формовщика биоаналоги защитного скафандра и многофункционального стрелкового комплекса — легко. Запросить подобие кофейника с подогревом, а также, по воспоминаниям, рационы со вкусом и видом жареного мяса и кофе ума хватило. Подумать о средствах гигиены и простых влажных полотенцах для очистки от грязи и ошметков мозгов кое-кто не догадался. Ладно руки, которые можно о камень вытереть или найти ручеёк с водой, но с подаренным кожаным плащом что делать? Он же весь в кровище изгваздан теперь.
Вот такие мысли крутились у меня в голове, пока я бежал в сторону пещеры, куда банда некоего Хура затащила пленницу. Ту тройку взяли для поддержки, кинули немного добычи, в основном пищевых пластин из тельмаха, всякой самодельной мелочи и сказали проваливать. Тем более они всё равно не нужны были, так как там всего пятеро караванщиков было. Считая ту девку, которая скоро пожалеет, что длинный иршер в руки взяла.
Отчасти из-за того, как этот однорукий бандит рассказывал о нападении, и стало причиной моей ярости. Вроде бы надо привыкнуть, я тут уже больше суток, пусть и не местных, но всякого насмотрелся. Однако эти обиды мелкого паразита и убийцы стали последней каплей. Они втроём прикрыли этого Хура, сняли одного из караванщиков, а с ними девкой не поделились. Это точно не люди, а какие-то моральные уроды.
— Чем больше я узнаю разов, тем больше мне муты симпатичны. Тем лишь бы пожрать. Да, Дим?
Напарник мысленно кивает, но замечает, что я в последнее время стал каким-то жестоким. Не одолело ли меня то, что я называю стрессом и шоком. Угу, культурным ещё скажи.
Мой сарказм напарник не оценил, но заметил, что мы с ним местами поменялись. До снятия неких контрольных ограничений Трагасом это он был за хладнокровного крови без эмоций, а я офигевал от происходящего. Теперь обладатель голоса в моей голове стал более эмоциональным. У меня же явно стало чаще срывать башню в отношении весёлой нарезки врагов. Как тогда, при первой встрече с талками.
Хм, ну допустим. Было такое, только тогда из-за перестройки чего-то там в димортуле уменьшилась симбиотическая связь. Я не получил от брони неких гормонов, и мне сорвало крышу. Так я и узнал, почему Трагас, если я откажусь от миссии, предложил мне по итогу сменить оболочку. Тело вестника без доспеха страдало от работы собственных желез. Гормоны ярости и прочая радость отравляли кровь. Как с этим бороться? Убивать, пока не спадёт состояние берсеркера, сидеть на сильных препаратах и…
— Тьфу, нашёл о чём думать! Нам скоро в бой идти.