Бесс лишь вздохнула и ушла прочь из клуба. Говорить с Вальдемаром о Тее или о чём угодно другом разом расхотелось.
XI
В обычном для будней раздражённом настроении Ребекка Амварт вшивала в карты пациентов новые листы, когда в замочной скважине послышалось какое-то движение. Ребекка уже привыкла к самым разным посетителям, так что лишь вздохнула.
– Открыто, проходите!
В кабинет вошёл мужчина: высокий, коротко остриженный, с длинным носом и раскосыми тёмно-зелёными глазами. Он был одет в простой серый кардиган, к тому же пыльный с дороги, но выглядел столь возмущённым, будто был самым важным человеком в южных графствах.
– Почему в кабинете посторонние?
Бесс вопросительно дёрнула головой.
– У меня тот же вопрос. Вам чего?
– Объясните, кто Вы.
– Я не обязана Вам ничего объяснять. Это Вы пришли в мой кабинет, вот и расскажите, кто Вы и что Вам нужно, – и добавила совсем тихо. – Кроме, очевидно, операции на голову.
– Я Стенли Кипс, сын Айзека Кипса, и я приехал помогать отцу.
– А, сын… А до этого сын где находился?
– Вас это касается? Представьтесь, а то мы теперь не в равном положении.
– Леди Бесс. Новый доктор этого города. Назначена самим Старшим, если Вам это о чём-нибудь говорит.
– Как это Старший посмел сместить моего отца?
– Старший – никак, но у смерти свои порядки. Ваш отец умер, и меня, как единственного другого врачевателя, поставили на его место. Где в этот момент были Вы – вопрос.
– Заткнись! – бросил сквозь зубы Стенли. Его плечи напряжённо поднялись, ладони сжались в кулаки. В одночасье он стал похож на сильно переросшего ребёнка, побитого и обиженного. Ребекка лишь повела белой бровью.
– Вы бы не грубили той, кто находится на своём месте законно. Я подумывала попросить за Вас у Старшего, но с такими манерами… даже не знаю.
– Смело с Вашей стороны полагать, что моих связей не хватит, чтобы и самому место получить, и Вас сместить за Вашу язвительность. Ждите.
Последнее прозвучало как угроза, и направленный на Ребекку указательный палец добавил этого впечатления.
И, хотя Ребекка Амварт терпеть не могла подхалимов, когда речь шла о негласном соревновании с заносчивым сынком лекаря, она просто не могла не вступить в игру.
***
Леди Бесс надеялась застать Младшего Вальдемара в «Букете вкусов», но – увы. Пришлось идти к клубу. Пришлось лицезреть милого Деми, чуть ли не обнимающегося у служебного входа со смуглой полуголой танцовщицей. Зрелище было довольно абсурдное: Деми в своём твидовом пиджаке, брюках, шарфе, и эта миниатюрная девушка – в платье, едва прикрывающем колени, к тому же босиком. На улице стоял всего лишь лёгкий морозец, но кому-то из них должно было быть некомфортно. Пока что, кажется, только Ребекке.
Она как можно тише подошла к чёрному входу и уже начала различать голоса, но не слова. Первой её заметила узкоглазая танцовщица и сразу нахмурилась, а затем повернулся и Вальдемар, уже со своей фальшиво приветливой улыбкой.
– Э-э-э, здравствуйте, леди Бесс, – он вскинул подбородок, но голос слегка дрожал, выдавая волнение – ему не нужно было, чтобы кто-то видел их вдвоём.
– Здравствуйте, – и Ребекка тут же этим воспользовалась, всем видом показывая, что знает, на чьей стороне преимущество. – У меня есть к Вам разговор. Уделите минутку, или Вы слишком заняты?
Далее произошла незамысловатая игра взглядами: Бесс – на девушку, которой, очевидно, был «занят» Младший, та на Деми – оценивая, что он сделает, последний же смерил обеих добродушным взглядом.
– Сначала, леди Бесс, я хотел бы внести ясность и уменьшить градус неловкости и напряжения. Позвольте представить: Веста, моя возлюбленная, которая недавно согласилась стать моей женой, чему я до сих пор не могу поверить! – Деми с довольным видом и нежностью притянул невесту к себе за талию – к смущению и почти недовольству девушки. – Веста, кто такая леди Бесс – тебе известно. Вы, леди Бесс, относитесь к узкому кругу лиц, посвящённых в нашу тайну, и я надеюсь, из-за Вас круг не расширится. А теперь: чем могу быть полезен?